— Неужели вы думаете, что я буду верить вам на слово?
— Но ведь в журнале я мог написать что угодно, господин комиссар, — я улыбнулся и взял под руку вредного таможенника. Отвел его в сторону. — Дайте своим людям команду проверить трюм и нижнюю палубу. Там нет незадекларированного товара, кроме нескольких бочек с водой и ромом. Сами подумайте, откуда на борту пиратского корабля судовой журнал? Есть какие-то записи бывшего шкипера, и вы можете ими воспользоваться.
В руку комиссара перекочевали три золотых кругляша, отчего настроение чиновника повысилось.
— Но мне придется их изъять для изучения и дальнейшей передачи в Адмиралтейство, — предупредил он, пряча мзду. — Как вы хотите оформить корабль, если он явно не купеческий?
— Скажем, судно для морских путешествий частного судовладельца Игната Сироты, — еще пара риалов исчезли в кармане довольно прищурившегося толстяка.
— Есть еще один момент, — взгляд таможенника снова стал ледяным. — Переоформление судна требует определенных трат. Плюс налоговая пошлина.
— И сколько? — я скрипнул зубами. Таможенная бюрократия что в Дарсии, что в Сиверии всегда отличалась отменным аппетитом. Конечно, сейчас мы были богаты, но не золотыми же слитками расплачиваться за услуги! Золото Эмитеза я планировал провести через банки с помощью хитроумных комбинаций, чтобы его след надежно затерялся.
— Всего тридцать пять риалов, господин Сирота.
— Всего?! — возмущенно машу руками и делаю жалостливое лицо. — Может быть, есть возможность чуть-чуть снизить пошлину на переоформление?
Еще минус один золотой.
— Хм, возможность есть… Тридцать риалов. И не меньше! Цена окончательная!
— Все, я понял, уважаемый…
— Тибальт Бероссо, — задрал подбородок таможенник.
— Уважаемый Тибальт Бероссо, — повторил я с придыханием, — вы меня обнадежили и спасли!
— Не знаю, не знаю, — повел плечами толстяк.
— Как можно! — возмутился я. — Неужели вы думаете…
— Ничего такого я не думаю, и в мыслях не держу! — отрезал комиссар. — Моя работа не шпионов выявлять, а приносить прибыль в королевскую казну.