– Только этих здесь не хватало!
– Да они здесь повсюду! – завизжал Финштейн. Он снова разнервничался, потерял контроль над спортивным авто и стал не к месту давить на газ.
– Водитель автомобиля «фаэтон-турбо», немедленно прижмитесь к обочине и остановитесь! – приказали по громкоговорителю.
– Ну вот! Теперь нам наверняка придется сдаваться! – принялся за свое Финштейн.
– Дави на газ! – прикрикнул на него Джим. – С твоим мотором мы обставим их в два счета! – добавил он, не очень ясно представляя, как это Финштейн будет «обставлять» полицейских.
– Я не так уж и хорошо вожу, мистер! – прокричал кабатчик и в подтверждение своих слов вильнул и ударил крылом потрепанный фургон. При этом «фаэтон» едва не пошел юзом, а перепуганный водитель фургона прибавил газу и умчался. Другие автомобили тоже стали уходить вперед или притормаживать, их места вокруг «фаэтона» тут же заняли привязчивые полицейские.
– Водитель автомобиля «фаэтон-турбо», немедленно прижмитесь к обочине и остановитесь! – глядя сбоку на Финштейна, потребовал полицейский.
– Что мне делать? Это же настоящая полиция! – завопил тот, оказавшись меж двух огней.
– Наплюй на него и смотри вперед!
– Я не могу, он представитель закона!
– Ладно, пригнись к рулю…"
"Финштейн подался вперед, и у него на ухом грохнул выстрел. Полицейский автомобиль вильнул влево и, перевернувшись, поскакал по дороге на скорости в девяносто километров в час, разбрасывая колесные колпаки, зеркала и брызги оконного стекла. Его коллеги сейчас же отстали, вокруг образовалась пустота – Финштейн прибавил газу, и они понеслись дальше.
– Далеко еще?
– Главное – не пропустить правый поворот…
– А зачем нам поворот?
– Это сократит время до шоссе, и потом, у них впереди пост…
– Молодец, – оценил сообразительность кабатчика Джим. – Смотри не пропусти этот поворот…
Разумеется, поворот Финштейн заметил поздно, резко дернул руль, и визжащий покрышками «фаэтон» понесло боком на здание.
Прохожие бросились в стороны, сбитая урна поскакала впереди машины, но «фаэтон» нагнал ее и расплющил, ударившись бортом о стену.
– Он убьет нас, Джим! – прохрипел с заднего сиденья Тони.
– Извините! – прохрипел Финштейн. Мотор снова взревел, и гонка продолжилась. Тони нашел на полу какую-то шпильку и ухитрился распороть ею обе сработавшие подушки.
– Зачем вы их испортили, их же можно было убрать! – завопил кабатчик.