При мысли о том, как мне предстояло выпрашивать прощение, извилины переклинило напрочь. Я вообще мало что соображала, находясь в опасной близости от Мэла. У чердака мне опять не хватило сил прекратить страстные обжимания, и неизвестно, чем закончилось бы ""общение"", если бы Мэл не отстранился.
Незабвенный полуторный этаж встретил тишиной и слабым сквозняком. Оно и понятно, от экзаменов устали как студенты, так и преподаватели и прочий персонал, причастный к интеллектуальному терроризму, поэтому в равной степени рванули освежать ротовые полости и укреплять расшатанные нервы.
Отойдя от двери любимого деканата, я пошла в обход, зачарованно разглядывая двери. Все-таки на полуторный этаж нужно ходить с экскурсией, чтобы любоваться рукотворными чудесами, потрясающими воображение.
При разглядывании необычных конструкций попалась дверь, на фасаде которой красовалась двухмерная проекция черной дыры. Взгляд прилип к ней, а рука потянулась, чтобы потрогать. Еще чуть-чуть, и меня аннигилировало бы и растворило в древесной структуре, покрытой светлым лаком.
Бесцеремонность - мое второе имя. На стук и скрип двери обернулись несколько мужчин. Бородачи и очкарики, устроившись в приземистых креслах, вели оживленную беседу, которая застопорилась при моем появлении. Одним из любителей размять язык после изнуряющей экзаменовки оказался профессор Вулфу. Увидев меня, он поднялся из кресла.
- Папена? Что-нибудь произошло?
Святая простота на публике. Не далее как полчаса назад спровоцировал Мэла, поставив мне незаслуженную оценку, а теперь спрашивает с невинным видом, что случилось.
- Произошло, - поведала я голоском благовоспитанной девицы.
- Прошу прощения, - обернулся Альрик к собеседникам. - В диспуте временно не участвую."
"Мужчины вернулись к горячему спору о материях и сферах. Наверное, я беспардонно оторвала профессора от бесценного общения с коллегами, но угрызений совести по данному поводу почему-то не испытывала. Мне требовалось разрешить собственные проблемы.
- Пройдем в лабораторию. - Переступив порог, Альрик увлек меня следом.
- Нет, - ответила я с вызовом. Голос прозвучал непривычно громко, отразившись от коридорных стен.
Профессор оглянулся по сторонам:
- Что вас смущает?
- Многое. Наверх не пойдем.
- Хорошо. Заходите, - распахнул дверь кафедры.
При нашем появлении спорящие опять замолчали.
- Не обращайте внимания, - махнул рукой Альрик, открыв дверь в смежную комнату.