Квартира Таксиста относилась как раз к промежуточным, а направились они к соседней с ней, торцевой.
Пришлось пройти мимо двери с номером «тридцать восемь». «Нырять» перед «глазком» не стали. Вероятность того, что кто-то из засадников целый день напролет проводит в коридоре, не отрываясь от «глазка», – в общем-то, ничтожна.
Это каким же фанатом засады надо быть!
Карташ втопил кнопку звонка квартиры «тридцать девять». Маша и Таксист встали так, чтобы их не видно было в «глазок» и чтобы не их не заметили, когда откроется дверь.
"...Юрка, сосед Гриневского по площадке, был распространеннейшим на родных просторах типажем: убежденный алкоголик с завидным трудовым стажем, завсегдатай вытрезвителей и ЛТП, перебивающийся случайными заработками (в основном на вещевом рынке), пьющий ежедневно, без пропусков, и, разумеется, приводящий к себе в дом кого попало. Соседство с Юркой семью Гриневских никак не радовало, вряд ли могут радовать бесконечные звонки в дверь и просьбы «выручи червончиком взаймы», шум за стеной по ночам, болтающиеся мимо ваших дверей пропитые типы, кое-кто из которых может заночевать на вашем коврике.
Но сегодня именно такой сосед, как Юрка, стал для них сущей находкой.
Ага. За обшарпанной фанерной дверью послышалось шарканье, грохот упавшей мебели, глухие матюги.
На случай они, разумеется, не полагались. Утром они позвонили Юрке – разговаривал с ним Карташ:
– Здорово, Юрок! Как кто? Не узнал, что ли! Я тебе долг занесу, будешь дома днем, где-то с часу до двух? Хоть бабки и немалые, а наскреб, проспоренные баксы законно надо отдавать, такой уж я человек, за что и страдаю.
Ну еще бы тот сказал «нет». Деньги – это выпивка. Чужие деньги – это выпивка на халяву, что есть мечта любого алкоголика. Ясно, что, как и любой много и со вкусом выпивающий человек, Юрка не мог помнить наверняка, с кем и о чем говорил или забивался на спор.
Дверь открылась без всяких: «Кто там?», – и пристальных разглядываний в «глазок». Нет, все-таки хорошо иметь дело с выпивохами. Юрка, невысокий, тщедушный мужичок, видимо, только что проснулся, был взъерошен и хмур.
– Здорово, Юрок, – сказал Карташ, сразу протягивая ему пачку денег. – Должок платежом красен.
Перемена в соседе была мгновенной и разительной.