– Прости, я знаю, что значит испытывать страх за собственного ребенка, но также я знаю, как жестоки бывают дети. Поэтому не откладывай этот разговор, Вика.
– Я уже написала учительнице, попросила рассказать о случившемся родителям Сережи, – признаюсь я, нервно комкая салфетку. – Его отец депутат, и мне его номер не дадут. Конфиденциальность и все такое, – морщусь я.
– Если хочешь, я могу поговорить с ним, – внезапно предлагает Руслан, и я вскидываю на него удивленный взгляд.
– Не стоит. Ты и так достаточно для нас сделал.
– Ели бы я куда-то спешил, то давно ушел бы, – в его голосе проскальзывают нотки раздражения, словно ему не понравилось, что я напомнила о том, что у него своя семья есть. – Несмотря на обстоятельства, у нас все же выдался неплохой повод пообщаться, так давай им воспользуемся. У тебя все хорошо, Вика? Хотя зачем я спрашиваю, видно же, что все хорошо. Мужика в этот раз вроде толкового отхватила."
"– Да, Макс хороший, – говорю севшим голосом.
– Я все же думал, что ты влипнешь в очередные неприятности или найдешь бестолкового мажорчика-одногодку.
– Польщена, что ты обо мне такого высокого мнения.
– Не обижайся, но мне было из-за чего сделать такие предположения.
Киваю.
– Я ведь говорила тебе, что я пай-девочка, отличница, медалистка, на красный диплом тянула. А ты не верил, – пытаюсь улыбнуться я, но горечь так и сочится из моих слов. Ведь Руслан принял меня за девушку легкого поведения. Думал, я за деньги богатого парня сопровождаю на отдых. Я пыталась доказать ему обратное, но так и не поняла, верил он мне или нет.
От дальнейшего не слишком приятного разговора меня спасает телефонный звонок.
Макс.
Руслан бросает взгляд на экран моего телефона, его глаза сужаются, словно он недоволен, что нас прервали.
– Да? – принимаю вызов, смотря куда угодно, только не на мужчину напротив.
– Привет, Вика. Извини, что не смог ответить. У тебя все хорошо? – голос Макса звучит устало и взволнованно. Скорее всего, снова завал на работе.
– Да. Хорошо. Уже хорошо.