В лицее был пожар, за Алиску испугалась жутко. Мы сейчас в кафе сидим, стресс тортиком заедаем, – не рассказываю ему всего, чтобы лишний раз не волновать.
– Пожар? Малая не пострадала?
– Нет-нет, с ней все хорошо, – спешу заверить его я. Алиса ведь для него как родная, он за нее волнуется не меньше меня. – Правда, у меня, кажется, прибавилась парочка седых волос, пока я до лицея домчала.
– Ясно, я… – Макс мешкает, словно хочет что-то важное сказать, но никак не решается.
Я взгляд на Руслана перевожу, сердце в груди сжимается, предает меня, и сразу же отворачиваюсь, проверяя Алиску.
– Это что, детский плач у тебя там?
– Эм, что? Нет, тебе послышалось, – как-то слишком поспешно ответил Максим.
– У тебя что-то случилось?
– Нет, забей. Потом как-нибудь поговорим. Я предложил бы заехать за вами, но до утра не разгребусь. Прости.
– Не стоит извиняться, я вызову такси, и мы сегодня пораньше ляжем спать.
– Тогда до встречи, Вик. И Алисе от меня привет передай.
– Да, пока, Максим.
Я прячу телефон в карман, прочищаю внезапно охрипшее горло.
– Еще раз спасибо, Руслан, но мы с Алисой уже домой собираться будем. Попроси счет, пожалуйста, а я пока ее приведу.
– Я отвезу вас. – Он резко поднимается со своего места, спешно достает из кошелька несколько крупных купюр и бросает на столик.
– Не стоит, мы такси вызовем.
– Я настаиваю. У вас сегодня был тяжелый день, и мне будет спокойней, если я провожу вас прямо до дома.
– Ты не мой муж, Руслан, и не вправе мной командовать. Поэтому повторю еще раз: спасибо за помощь, за угощения, – кивком указываю на не доеденный Алисой торт, – но на этом все. Тебя тоже ждут дома. Дочь и жена. Всего хорошего.
Я снимаю с вешалки свою курточку, иду к Алисе, которая увлеченно строит из конструктора башню. На ходу открываю приложение, чтобы заказать такси. Спиной чувствую на себе тяжелый взгляд Руслана. Сердечко постукивает, пульс частит.
– А где Руслан? – спрашивает Алиса, заметив пропажу нашего «нового знакомого».
– Ушел домой.
– Жаль, он мне понравился. Правда, он классный, мам? – Ее глаза светятся восторгом.
– Ага. Классный, – мрачно соглашаюсь я. Ну вот, дочери он понравился после нескольких минут общения. Чувство вины снова покалывает, нарастает.