Что-то такое всколыхнулось при этих словах, от тона, каким было сказано, сердце воспарило в космос, куда уже стремительно уносилась душа — мой хозяин продолжил смелую ласку, и стало все равно, услышат, нет, соседи. Действительно все равно. Зажмурилась, запрокинув голову, и простонала:
— Эрса-а-ан… Да-а-а-а-а…"
"В считанные секунды я взлетела на самую вершину, и полет закончился восхитительно сладкой, невыносимо яркой вспышкой удовольствия, и еще одной, и еще… Выгнулась, хватая ртом воздух, а Морвейн все не убирал руку, словно задавшись целью довести меня до обморока, но — обошлось.
— М-м-м, вкусная, Яночка.
Эта фраза отрезвила, разом навалилось осознание, в каком я виде и в чьих объятиях, и вообще, что сейчас было. Вернулся стыд и неловкость, и я молча дернулась, судорожно прикрывшись одной рукой, а ладонью другой уперлась в грудь Эрсанну. Ага, наивная чукотская девушка. Меня нагло схватили в охапку, над ухом раздался веселый голос:
— Ку-у-у-у-уда? Сбежать вздумала?
— Пусти…те… — процедила сквозь зубы, испуганная и возмущенная.
Поигрался, и хватит. В конце концов, мне одной побыть надо.
— Да сейчас, — спокойно возразил Эрсанн и… приподняв, понес к дивану.
Э-эй, стой, положь, где лежало. Эм, не хочет же он, в самом деле, продолжить… Не-е-е-е, я не хочу секс. Хватит и того, что было. Если еще в той гостиной слышали, как я тут по полной получала наслаждение… О-о-о-о-о, капец. Ладно эта леди, Аллалия, вряд ли нас еще жизнь столкнет, но… Лорес… А если он до сих пор там еще? Я же не знаю, чем все закончилось.
— Милорд, отпустите, — настойчиво повторила я, пытаясь кое-как привести себя в порядок и хоть частично застегнуть крючочки.
В прижатом состоянии это сделать проблематично, поэтому оставила попытки, просто стянула края лифа.
— Снова милорд? После того, что было? — Эрсанн насмешливо хмыкнул. — Когда нас не видят, можешь обращаться по имени, Яна.