Служебный роман с чужой невестой

Но драки не случилось, потому что Коул, наконец, приволок доктора. Тот был слегка помят, видимо попал под прессинг фанатов. Пиджак порван, на лице голубел фингал, из сломанного чемоданчика, который доктор прижимал к груди, выглядывало содержимое. Пожилой мужчина сфокусировал на мне растерянный взгляд и пролепетал:

– Я пытался к Еве протиснуться, господин Леонов, но это не люди – звери!

Про фанатов он или про репортёров, – какая разница? Нужно Еву везти в больницу, да и доктору осмотр не помешает. Я повернулся к Комару:

– Позволь мне позаботиться о ней.

– Ты уже позаботился, – болезненно улыбнулся Сергей, – И позабавился заодно.

– Я не знал, что это твоя дочь! – не выдержал я. – Мы познакомились в баре, когда её лапали… – Поспешно замолчал: об этом Комарову знать не стоит. Продолжил чуть спокойнее: – Мы познакомились в баре, и она предложила поехать ко мне.

– И ты не отказался, – мрачно хохотнул Комаров.

– А кто бы отказался? – проворчал я еле слышно и посмотрел на Еву. – Она стала для меня, тонущего в отчаянии и бессильной злобе, глотком свежего воздуха.

Да, я сглупил, отпустил… Но сейчас я должен доставить её в больницу, мне не нравится, что она раз за разом теряет сознание. Это может быть вредно для ребёнка.

– Заботишься о моём внуке? – не мог успокоиться Комар. – Как мило."

"– Забочусь о своём будущем ребёнке, – упрямо проговорил я и решительно добавил: – Если Ева оставит малыша, я возьму на себя ответственность и обеспечу её будущее. Хочет петь? Как только родит, я сделаю всё, чтобы её карьера певицы возобновилась.

А сейчас ей нужно к доктору… – Посмотрел на мистера Маркуса и не удержался от ехидства: – По которому не проехался каток.

Комар молчал: он не дал добро, но и не возражал, значит, есть шанс, что Сергей согласится на наш брак.

Я  приказал своим парням обеспечить выход и опустился на колени. Хотел подхватить бесчувственную Еву на руки… вот только она не была без сознания: смотрела на меня своими синими бездонными глазами так, словно хотела просверлить дыры.

Я нахмурился: интересно, давно она очнулась?

– И, конечно же, ты мечтаешь, что я, услыша твою якобы «заботу», – он показала пальцами кавычки, – сразу прыгну к тебе в объятия? Я уже говорила, Димасик, пошел нахрен! Человек, который спрашивает об аборте, не станет отцом МОЕГО ребенка!

Ева судорожно сглотнула, закашлялась, вцепилась белыми пальцами в шею и захрипела:

– Папа… – она подняла на Комарова туманный взгляд.