Про вас мы знаем только то, что несколько дней назад сообщил мне Сазонов. Мы рискуем так же, как и вы.
– Мы не предатели, – проворчал Павел Бережных. – Работаем на автотранспортном предприятии, обслуживающем немецкий гарнизон, по заданию штаба подпольного движения.
– Нас называют хиви, – сказала Наталья. – Вроде добровольных помощников германской армии. Это противно. Мы пошли на такой шаг только по приказу.
– Вы давно в наших краях? – спросил Павел.
– Несколько дней. Мы тоже не предатели и не провокаторы, – сказал Вадим.
– Все в порядке, товарищи, – отмахнулся Павел. – Вы сказали пароль, который знают только доверенные лица товарища Сазонова. Мы готовы предоставить вам убежище и помощь.
– Остались еще в городе незасвеченные надежные люди? – спросил Вадим.
– Очень мало, – ответила Наталья. – Последние две недели людей хватают пачками, пытают в подвалах, увозят на расстрел куда-то за Поликуровские холмы. Берут по любому доносу, не разбираются. Под гребенку заметают и наших товарищей, которые действительно имеют отношение к подполью.
– Люди есть, не волнуйтесь, – сказал Павел.
– Найдется надежный человек, имеющий отношение к ялтинскому порту?
Хозяева задумались, как-то многозначительно переглянулись.
– Мы можем свести вас с парой таких людей, – откашлявшись, заявил хозяин. – Можете не сомневаться, народ проверенный. Алексей Мищук занимается каботажными перевозками, транспортирует грузы вдоль побережья, разумеется, под присмотром. Второй – Борис Щербина. Он, извиняюсь, полицейский.
– Вот так. – Вадим нахмурился.
– Нормальное явление, – заверил его Павел. – Наш товарищ, бывший милиционер, по заданию подполья в прошлом году устроился в полицию.
– Неплохо. – Вадим недоверчиво покрутил головой. – Чего только не бывает в этих ваших подпольных делах."
"– Имеет репутацию молчуна, эдакого добренького дяденьки, – добавила Наталья.