— Ma petite, как ты себя чувствуешь?
Его голос был такой же радостью, как всегда, но сегодня даже этот голос оставил меня пустой.
— Хреново, а что?
— Сколько времени ты уже без питания?
Я прислонилась головой к двери и закрыла глаза.
— Съела вчера арахиса с чипсами, а что?
Натэниел положил сухого печенья в бардачок моей машины.
— Я говорю не о еде, ma petite.
И вдруг пустота сменилась паническим страхом.
— Господи, Дамиан!
— С ним все в порядке, я проследил.
— Как он может быть в порядке? Он начал умирать, стоило мне поголодать часов восемь.
— А где же за эти двадцать четыре часа ты могла бы утолить ardeur, и с кем?
Вопрос прекратил поток самообвинений и заставил меня подумать. Наверное, бывают вещи похуже, чем забыть напитать ardeur в разгаре полицейского расследования. Например, не забыть напитать ardeur в разгаре полицейского расследования. У меня в голове пробежало несколько жутких сценариев, что было бы, если бы ardeur проснулся в машине Мобильного резерва или когда я ехала с Зебровски.
— Ma petite, я слышу твоё сладкое дыхание, но хотел бы услышать и твой сладкий голос.
— Иисус, Мария и Иосиф — как ты смог удержать ardeur вдали от меня?
— Перекрыв щитами все связи между тобой и мной и тобой и Ричардом. И помогая другим сделать то же самое.
— Так вот почему ты звонишь по телефону, а не мысленно!
— Oui.
— А как ты мне не дал опустошить Дамиана и Натэниела?
— Я утолил ardeur в клубе, как мы с тобой обсудили, и поделился с Дамианом. Только когда он опустошён, тогда твой триумвират начинает высасывать нашего шаловливого котёнка.
— И одно кормление через твоё посредство все это сделало, так надолго?
Он вздохнул, устало, потому что все ещё тщательно закрывался, чтобы меня не чувствовать.
— Non, non, ma petite. Мы за тебя проводили твои шестичасовые кормления.
— Мы — это кто?
— Ричард, Дамиан и я.
— Ричард почувствовал, каков на вкус ardeur с другой стороны?
— Да.
— И что он по этому поводу думает?
— Что уважает наше умение не сойти с ума."
"Я хотела спросить, на ком Ричард питал ardeur, но это не моё дело. Я не моногамна, и он тоже. Я все ещё прислонялась к стене, но глаза уже открыла.