Я все жду, когда же хоть что-то ёкнет, но испытываю только облегчение, когда от минута за минутой все больше моих тряпок, пропитанных вонью старого борова, превращаются в пепел.
Из дома выхожу так же через задний двор, перехожу на противоположную сторону улицы, где в маленьком андеграундном кафе всегда тусят какие-то творческие личности. Выбираю самого патлатого и на вид ущербного из них, подхожу и молча протягиваю ключи.
— Это чё? — таращится на меня с видом жирафа.
— Квартира. Вон в том доме, — киваю за спину, потому что ничего другого там больше нет.
Он хмыкает и крутит пальцем у виска, называя меня чокнутой."
"— Ладно, — пожимаю плечами, задираю руку с ключами и громко трясу ними в воздухе. — Никакого разводилова. Просто в этой квартире меня избил один конченный тип, а мой психолог говорит, что мне нужно избавиться от всех триггеров, чтобы двигаться дальше. Я хочу просто избавиться от этого дерьма. Возможно, среди вас есть смельчак, который… окажет мне такую услугу?
Пока мужики вокруг таращатся на меня, как на сумасшедшую, из-за их спин выныривает щуплая девчонка и, помедлив немного, выхватывает связку из моих руки.
— Не разводилово? — уточняет на всякий случай.
— Все по-честному, — улыбаюсь я.
Девочки всегда более рискованнее мужчин при прочих равных, особенно те, которые чуть выше чем метр в прыжке.
Глава тридцать четвертая: Лори
Настоящее
— Где ты была?! — налетает Андрей, как только я возвращаюсь домой примерно в пятом часу. — Почему не берешь трубку?!
— Потому что ты не звонил, — пожимаю плечами, устало сажусь на диван и с облегчением вынимаю ноги из кедов.
— Ты издеваешься?! — Андрея не по детски колбасит, когда он сует мне под нос свой телефон с десятком пропущенных вызовов.
Он замолкает, как будто боится, что произнесенное вслух может стать реальностью, а не просто плодом его больного воображения.
— Думал что? — подталкиваю этого рохлю, но он как будто в рот воды набрал. Хотя все очевидно и без его признания: Андрюша распереживался, что я могу сбежать и тогда именно ему придется держать ответ перед папашей, как и почему я смогла улизнуть из дома, если ему было велено глаз с меня не спускать.