Как оказалось, Вэйланд тот разговор не забыл и решил попытаться хоть как-то помочь метаморфам. Сам он к ним особой любви не питал, одно то, как там аристократы обращались с собственными детьми, вызывало у него стойкое отвращение. Но мой муж понимал, что теперешнее поколение не само придумало все эти обычаи и, в общем-то, ни в чём не виновато, особенно простой народ, которого среди метаморфов большинство. И Вэйланд решил попытаться чем-то помочь им просто потому, что метаморфы подарили ему меня — так он и сказал.
Сначала он пытался смягчить отношение человеческого короля к моему народу, уговорить его снять блокаду и позволить метаморфам селиться среди людей. Но, как оказалось, король прекрасно знал, чем именно метаморфы провинились перед его предком, и содрогался от возможной перспективы повторения чего- то подобного. Поэтому отказал окончательно и бесповоротно.
Потом Вэйланд попытался взять в аренду с последующим выкупом часть земли возле королевства метаморфов, чтобы увеличить его площадь.
Казалось бы, дело зашло в тупик, но если уж мой Вэйланд за что- то брался, то доводил дело до конца. Поэтому решил исследовать море, омывающее юго-восток континента и те самые горы, которые отделяют от него королевство метаморфов и простираются вдоль всего берега от человеческого королевства с юга до гномьего царства на востоке.
Результаты ошарашили всех. Никакого острова вблизи берегов обнаружено не было, но это стало уже неважным, когда выяснилось, что горы вовсе не стоят сплошной стеной вдоль всего побережья, точнее — они, и правда, стоят неприступными стенами, поэтому никем никогда особо не были исследованы, ввиду именно своей неприступности.
"Но если посмотреть сверху — что драконы и сделали, — то оказывается, что среди гор есть огромная долина, площадью раз в пять больше, чем земли метаморфов. Земля там вполне плодородная, много растений и птиц, которые, скорее всего, эти самые растения невольно посадили, занеся семена.