И тут на нас повалила толпа пиратов. Хаос пришёл к нам. Ускориться, уйти от прицельного огня, свалить пару врагов, перекатиться за остов танка, прикрыть Гадела. Думать некогда, крутимся, как можем.
— Я пустой! — слитный крик по связи от нескольких человек, а пираты так и валят.
У меня осталось всего одинадцать выстрелов к винтовке, поэтому, пока не было никаких достойных метели целей, я отстреливался из древнего оружия, поднятого с ближайшего пирата. По нашей позиции долбили миномёты, кроме наёмников перед нами мелькало несколько бритов в легких доспехах, в нас летели гранаты.
Впереди, метрах в ста, на танк вскочил брит в среднем доспехе, тут же прикрылся мощным локальным щитом от наших выстрелов и исчез, только покачивание техники выдавало его прыжки по направлению к нам.
— На двенадцать часов невидимка. — Закричал я!
— Да задолбали они! Мелкий! — громко завопил Фея, стягивая с Мелконяна рюкзак, и чиркая зажигалкой.
Вместе, в три руки, они его метнули в сторону противника, под какой-то джип. Машина промялась, когда невидимая туша приземлилась на неё, а потом, когда прыгнула дальше. Но тут, искрящийся шнур исчез в рюкзаке, и близкий взрыв свалил нас на землю.
— Ёж, у него же там динамит был! — пронеслось у меня в голове, сквозь звон в ушах.
Рядом шлепнулась перчатка от среднего доспеха. Я поднялся на ноги, и огляделся, а вон и сам брит лежит, броня вся покорёжена, шлема нет, лицо перекошено, встать пытается. Ну, нет! Метель плюнула, и голова взорвалась на части.
Пока враги не очухались, попытался понять, что происходит. Из нашего отряда на ногах осталось четырнадцать человек: Пруха, Фея, Цнаймер, Гадел, Гвоздь, Я, Гусар, Мелкий, Бобёр, Риф, и четверо бойцов из отделения Щуки.