— А я вот думаю, что дальше? — молчавший Абаимов, вдруг, высказался вслух. — Где она жить будет? Ладно, здесь палатку найдём, а на корабле? Свободные места, конечно, есть, но не поселим же мы её в кубрик морпехов на их место? Остальных тогда куда девать? А если будем делать ротацию состава, то, как объясним это генерал-лейтенанту?
Дела! Вспыхнувшая было радость улеглась, и на смену ей пришла озадаченность, а, ведь, прав лейтенант.
— Пустое. — махнул рукой Александр Ярославович. — Отдам ей свою каюту, там и санузел совмещённый имеется, и комфорт на уровне, а сам с вами в кубрике поживу.
— Так точно, — я вытянулся по стойке смирно. — А как Могуте объяснять будем?
— Да просто. Ты же герой у нас, вот и скажу, что не только в этом по стопам отца пошёл, а, как и он, с боя себе жену везёшь домой.
— Спасибо, Александр Ярославович, я….
— Не стоит. — он махнул рукой.
— Золотые слова. — хмыкнул Серафим. — ну что, запрос?
— Давай, подполковник. А ты, Ростислав, пока мы заняты бюрократией, в канцелярию мчись, писать отчёт, да с пилотами договорись, мне нужен бортовой номер бота твоей подруги.
* * *Я пулей вылетел из лазарета, услышав, как мне крикнули вдогонку:
— Да не спеши, пока всё согласуем, у тебя часа четыре точно есть, а то и больше.
— Ну, что там? — поинтересовался Гадел, а остальные бойцы молча обступили меня, с интересом в глазах.
— Блин, парни, всё хорошо, только дел куча появилась! — выпалил я не скрывая своей радости. — И спасибо вам за тактичность и понимание.
— Ой, а за это Татарина и Пруху благодари. — отозвался Бобров. — Они всех выгнали из палатки.
— Не выгнали, а попросили выйти, и вообще, вы все так вылупились на них, как на шоу телевизионное, — возмутился Гадел. — Феймахер, вон, собирался пачку чипсов открывать хлебных.
— А что сразу я? — стал отнекиваться Хирш, — мне её Миша дал, и вообще, командир и скромная монахиня очень красивая пара, я такое в кино только видел.
— А Мише их одна медсестричка молодая дала. — поймал мой взгляд Гусаров, — и вообще, ты сам их выпросил.