Конечно, узелки при связывании немного съедают длину, но плетение этими узлами вообще изобилует. И «ткань» получается редкая, сетчатая. Правда, от солнца защищает неплохо, перекрывая львиную долю светового потока за счет существенной толщины «нитей».
– Ты прав, со здешним солнышком шутить не следует. – Рипа словно часть своих мыслей высказывает вслух, не отрываясь от занятия. – Стебельки, конечно, жестковаты, но не рвутся, так что некоторые приемы техники макраме использовать можно. Продолжай, надо еще на юбки набрать.
И Славка отправился продолжать.
Утомительное это занятие – выдергивать отчаянно сопротивляющиеся травинки по одной. Каждой приходится кланяться, наматывая ее вершину на палочку, а потом с натугой вырывать. Небыстро прирастает добытое. И частенько надо выбираться из тени, постоянно расширяя зону охвата. А солнышко-то припекает.
* * *Без еды оно, конечно, неудобно. Да и пить скоро захочется. Но если, в крайнем случае, прямо из реки напиться можно, то с пищей придется потерпеть.
Перебрались ниже по течению реки, так, чтобы из затененного места, где творится одежда, была видна часть русла. Если пройдет пароходик или проплывет лодка – заметят. Да и нужную траву на старом месте Славка уже всю повыдергал. А тут ее много.
Помог Рипе с плетением юбок, в четыре-то руки куда веселее дело пошло. А потом, повернувшись спиной к реке, пошли они сами.
Под ногами почва, в значительной степени состоящая из песка. Еще в ней присутствует глина, что обнаруживается, если чуть копнуть, и ил, придающий поверхности некоторую связанность. Прошлогоднего палого листа не видно. Зато кругом куча деревянного мусора – обломков ветвей и сучьев. Коряги, застрявшие между корявыми стволами, на которых есть отметка уровня подъема воды в половодье, значительно выше человеческого роста.