Первыми сдались клены, превратившись из зеленых в желтые и огненно-красные. Когда машина заворачивала к поселку, Лера полюбовалась на стоящие стеной разноцветные деревья — их кроны были как будто усыпаны разноцветным конфетти.
Они с Олегом ехали провести с Татьяной Ивановной выходные и затем забрать в город мальчишек. Оставшееся до нового учебного года время нужно было посвятить подготовке к школе — покупке брюк и рубашек, тетрадок и линеек, новеньких рюкзаков и прочей школярской утвари. Благодаря победе в судебной тяжбе алименты от Игоря теперь поступали исправно, так что впервые за несколько месяцев Лера не чувствовала острой нужды в деньгах.
"Ощущение было приятным, новым и оттого еще не приевшимся. Лера наслаждалась им так же сильно, как и возникшим после ареста начальника ощущением полной безопасности. Ни ей, ни ее семье ничто не угрожало. Преступник был вычислен, обезврежен и во всем признался. Клад, правда, так и не нашли, но, с точки зрения Леры, в этом не было ничего страшного.
В том, что у нее родится дочка, Лера теперь была уверена полностью. Врач, делавший УЗИ, сказал это со всей определенностью.
— Я только девочек делаю, — гордо заявил он. — Парней стругать много ума не надо, а девочка, — он мечтательно закатил глаза, — это тонкая работа. Тут надо мастером быть, виртуозом.
— Виртуоз ты мой, — Лера рассмеялась и чмокнула мужа в макушку. Она теперь все время его целовала в разные места, которые оказывались в непосредственной близости. Он был ее герой, ее спаситель, вырвавший ее из лап чудовища, вовремя сообразивший, что она попала в беду, и успевший на помощь.
Татьяна Ивановна и бабуля тоже не знали, куда посадить зятя и чем угостить. Обе были единодушны во мнении, что их дочка и внучка вытащила наконец-то счастливый билет, повстречав Олега Золотова и став его женой.
Лера улыбалась, глядя на мелькавшие в окне машины клены и вспоминая, как отмечали бабулин восемьдесят девятый день рождения, как говорили тосты за ее здоровье, дарили подарки и задували торт, усыпанный свечками.