А слонов этих у них множество!
Александр слушал жадно и так же жадно расспрашивал: а какие там города? А какие еще реки за Гифасисом? А далеко ли до Ганга, о котором он слышал, что это самая большая река? И правда ли, что Ганг впадает в Восточное море, где и находится край земли?
Индиец отвечал запутанно, туманно. Он больше говорил о красоте своей земли, о богатстве ее растительности, о животных, никогда невиданных македонянами.
– В Ганге есть крокодилы… Огромные.
– Крокодилы? Значит, Ганг где-то рядом с Нилом.
Эта ошибка Аристотеля дорого обошлась македонянам. Александр думал, что он дойдет до Ганга, а там и до истоков Нила, а по Нилу ему просто будет проплыть в Египет. Однако все оказалось неизмеримо труднее, и немало мук пришлось вынести, прежде чем македонское войско вернулось из Индии в Азию.
Александр уже видел этот полный неисчерпаемых чудес край. Он уже видел свитки с их описанием, составленные его историками и географами.
Но дожди не кончались – это было их время, время муссонов. Однако не останавливать же ему из-за дождя свой поход!
– В лагере невесело, Александр, – сказал Гефестион, когда царь отпустил индийца, – воины устали.
– «Устали»! А разве я не устал? Но я дам отдых. Пусть отдохнут несколько дней. Конечно, последнее время было особенно трудно: эти дожди, эти размытые дороги, эти реки, пришедшие в бешенство… Да еще и змеи в воде… Я все это понимаю, Гефестион.
– Александр, ты сам хорошо знаешь, что дело не в размытых дорогах и змеях в воде. Не хмурься, ты знаешь правду, только пытаешься закрыть на нее глаза.
Александр угрюмо молчал. Да, он знал правду, он знал, что в войске его давно идет разлад, что все слышнее голоса недовольных.
– Куда мы идем? Зачем? Ради чего мы терпим все эти мучения?
– Поход наш не имеет ни цели, ни смысла!
– Царю надо дойти до края света! А к чему нам этот край света? Чтобы сложить там свои кости?
Да, в последнее время македонянам приходилось трудно.