Александру приходилось снова посылать своих военачальников с большими отрядами войска и снова покорять эти независимые племена, не желавшие терпеть рабство."
"Осада большого города воинственных кафеев Сангалы была длительной и очень тяжелой. Кровавые битвы у ее стен, победа, полная ярости, жестокая расправа с побежденными… Это были мрачные, тяжелые дни даже для закаленного македонского войска.
А потом снова поход, бездорожье, переправы через реки, где приходилось бороться с бурным течением, где тонули суда, налетая на острые камни, словно клыки, торчащие под водой…
И все время дождь, ливень, проливень… Или нестерпимая, удушающая жара.
Измученная армия наконец подошла к реке. Это была река Гифасис.
– Теперь перейдем Гифасис, – стараясь ободрить воинов, говорил Александр, – а там прямо до Ганга. А за Гангом уж и край земли. И тогда – вся ойкумена наша. Весь мир – наш. Вы слышите, македоняне? Весь мир! Границами нашего государства будут границы, которые бог назначил земле. А это не так уж мало!
Но воины угрюмо молчали, а военачальники тихо переговаривались между собой:
– Вот как! Теперь уже – весь мир.
– Пожалуй, это окажется гораздо дальше, чем мы ожидаем. Дорога недалека только что вышедшему в путь. И гораздо длиннее тому, кто уже прошел тысячи стадий. И прошел через битвы, неимоверные труды, болезни и лишения.
Дождь по-прежнему лил с небольшими передышками. Это утомляло больше, чем самые тяжелые походы.
– Пора возвращаться домой, пора в Македонию. Что нам еще делать здесь, на краю земли? Надо уходить отсюда, пока еще нас носят ноги. Что мы найдем здесь – богатство?
– Да, нечего сказать, мы сильно разбогатели, победив весь мир! Что было – сожгли. Что осталось – износили. Поглядите друг на друга – как роскошно мы одеты!
Они горько смеялись, показывая свои рваные одежды, изношенные в битвах.
И все чаще вздыхали:
– О Македония!
В это время царь объявил, чтобы войско готовилось к походу. Они пойдут дальше, через реку Гифасис до Ганга.