Персы ехали надменно, с неподвижными лицами. Они глядели на македонян и не видели их.
Войско насторожилось. Что это? Почему персы собираются к царю?
Вскоре военачальники объявили воинам решение царя.
Начальство над войском вручается персам. Варварское войско делится на лохи, как войско македонян. Будет персидская агема. Отряд «серебряных щитов» будет персидским. Будет персидская фаланга. И конница этеров тоже будет персидской.
Среди македонян сразу поднялся неудержимый шум. Отдать персам своего царя-полководца и все свои завоевания, добытые с такими мучениями, с такой кровью? Этого македоняне вынести не могли.
Александр сидел над списками войск. Он не шутил.
Персидские военачальники отдавали земной поклон и, получив поцелуй царя, торжественно садились вокруг него. Александр распределял между ними начальство над различными частями войск.
Гул и шум за стенами дворца становились громче, настойчивей.
«Собрались уходить, – думал Александр, – пусть идут!.. Пусть идут! – А сердце сжималось от горя. Он и сам не знал, как он вынесет, если македоняне и в самом деле уйдут. – Но – пусть идут!»
Вошел начальник дворцовой стражи:
– Царь, они никуда не хотят уходить. Они плачут!
Александр поднял голову, лицо его вспыхнуло. Растолкав персидских вельмож, царь почти бегом бросился к войску. Он остановился на верхней ступени белой лестницы, над грудой македонского оружия, брошенного к его порогу.
Воины, увидев его, снова закричали, прося прощения. Многие плакали.
– Что вы хотите, македоняне? – спросил Александр. – О чем вы просите?
Вышел вперед один из военачальников конницы этеров Каллин:
– Царь, македонян огорчает то, что ты уже породнился с персами. Персы зовутся родственниками Александра и целуют тебя. Из македонян же никто не удостоился этой чести!
– Всех вас я считаю своими родственниками! – закричал Александр.
И македоняне, помирившись со своим царем, снова взяли свое оружие, брошенное у ступеней дворца, запели пеан[126] и разошлись по своим палаткам.
Стало так, как сказал царь. Старые, увечные, больные, усталые – все ушли в Македонию. Царь щедро наградил их за службу и сверх жалованья каждому выдал по таланту.
Но детей их, рожденных в лагере, оставил у себя. Это сначала ошеломило воинов.