И на вечернем пиру, в кругу близких друзей, Александр под тем же внезапным лучом озарения увидел своего любимого друга Гефестиона. Гефестион молча пил. Его похудевшее лицо было желтым, под глазами лежали коричневые тени.
– Все ли хорошо у тебя, Гефестион? – негромко, со страхом спросил Александр, заглядывая ему в глаза.
Гефестион ответил улыбкой:
– Ничего плохого не случилось.
– Что же томит тебя?
– Не знаю.
– Может быть, тебе неприятна твоя жена Дрипетида?
– Я не видел ее со дня свадьбы.
Александр нахмурился, закусив губу.
– Она мешает тебе?
– Я не знаю, где она.
Значит, дело не в Дрипетиде. Просто, как видно, он болен. Надо послать к нему врача.
А где его, Александрова, персидская жена Статира? Он тоже ее не видит. И она не является к нему. Это хорошо, что не является. Может быть, она поняла, что он женился на ней, лишь следуя своим замыслам смешать народы. А может, просто ненавидит его – за гибель своего отца, за гибель своего персидского царства…
После пира Александр велел врачу Главкию осмотреть Гефестиона – акарнанца Филиппа уже не было в живых.
Главкий вернулся к царю в полночь. Царь стоял на крепостной стене старого дворца. Он невидящими глазами смотрел на город, спящий внизу. Огромная медная луна висела в небе. Над ней остановилось длинное темное облако, зловеще подсвеченное оранжевым светом.
– Что?
– Он болен, царь. И ему не надо пить вина.
– Опасно?
– Нет. Если будет лечиться. Думаю, что это лихорадка.
– Это опасно?
– Врач должен находиться при нем. Но с ним трудно, царь. Он не хочет ничего слушать. Я сказал, чтобы он не пил так много вина. А он отвечает, что он пьет для бодрости, что иначе у него нет сил!
– Не оставляй его. Если отлучишься, вели другому врачу остаться при нем. Он лег?
– Да, царь. Он сказал, что очень хочет спать.
Александр спать не мог.
Что же с Гефестионом? Лихорадка. Но это не такая уж страшная болезнь. Он выздоровеет. Он должен выздороветь!
Александр повторил эти слова, стараясь поверить им.
Гефестион сразу открыл глаза, и Александр с болью заметил, что глаза эти полны неестественного жаркого блеска и что тени на лице еще глубже.
Александр сел рядом. Они молча смотрели друг на друга. Александру показалось, что Гефестион прощается с ним.
– Ты что? – сказал он, бледнея. – Ты что?..