Мужчина пробурчал под нос несколько слов, не глядя дотянулся до лежащего неподалеку черного металлического шара и чуть сжал его в ладони. На видеоэкране появилась сухая женщина лет сорока. Секретарь.
— Это действительно так важно? — поинтересовался мужчина, не отрывая взгляд от бегущей по потолку воды.
— Глеб, председатель совета директоров хочет узнать ваше мнение относительно событий на лондонской бирже.
За семь лет работы на этого человека она научилась не удивляться тому, в каком виде он иногда появлялся на экране.
— Мы потеряли деньги?
— Как раз наоборот: мы неплохо заработали на предсказанной вами панике, но председатель хочет скорректировать планы на завтра. К тому же нью-йоркские брокеры просят инструкций…
Мужчина закрыл глаза.
— Чем занимается аналитический отдел? Сидит в баре?
— Все сотрудники на рабочих местах, — невозмутимо отрапортовала секретарь.
— Я хочу, чтобы он принял решение самостоятельно.
— Хорошо.
— И не отвлекайте меня больше.
— Разумеется.
Экран умер.
Еще с минуту Глеб продолжал лежать на полу, затем катнул шар в направлении письменного стола, легко, одним движением поднялся на ноги и потянулся, разминая мышцы. В общем-то, он и лежа не казался малышом, но сейчас, вытянувшись во все свои шесть футов и семь дюймов, Глеб производил впечатление настоящего гиганта, способного походя, одной рукой передвинуть вдоль стены здоровенный камин.
Кстати, у этого носорога действительно было неважное зрение. Подойдя к столу, Глеб взял утреннюю газету, сложенную так, чтобы выделить нужную заметку, некоторое время просто подержал ее в руке, затем надел элегантные очки и в десятый раз за сегодняшний день перечитал сообщение.
«Весь православный мир с тревогой следит за новостями из Москвы, из Центральной клинической больницы, куда сегодня ночью доставили патриарха.