— Мы снова окажемся все вместе: ты, я и Лестра. Папа будет, как и прежде, стругать из дерева фигурки и прятать их нам под подушки, а мама испечёт пирог с мясом, большой, чтобы хватило всем.
Удар в дверь заставил меня замолчать. Сверху посыпались куски глины. Снова удар и ещё один. Верхняя петля не выдержала, и косяк чуть отошёл от стены. Волк зарычал и, запрыгнув на кровать нам в ноги, принял боевую стойку, опустив голову и прижав уши.
Он готовился нас защищать.
Снова удар. Косяк не выдержал, и дверь распахнулась и упала на пол.
Волк рванул вперёд и в прыжке вцепился в горло вошедшему неупокоенному.
Невысокий мужчина в окровавленной рубахе без видимых следов разложения повалился на пол. Сглотнув, я наблюдала, как борется зверь с тем, кто ещё пару дней назад дышал.
Вслед вошли еще двое. Мертвецы заозирались, ища живых. Мы с Эмбер даже не дышали. Один писк нас выдаст с головой.
Волк. расправившись с первой жертвой, накинулся на вторую. Мертвые не сопротивлялись зверю: им интересны лишь люди.
Их целью были мы.
Никто не знал, почему мертвяки, убивая людей, не трогали их собак. Почему охоту они вели лишь за себе подобными. Что творилось в их голове? Понимают ли они, что мертвы? Осознают, что убивают? Или же, нет. Эти странные мысли одна за другой проносились в моей голове.
А между тем, в наш дом вошли ещё двое. Шатаясь, они проследовали до середины комнаты и остановились, покачиваясь.
Мертвые озирались. Я понимала, что они нас обнаружат. Это дело пары минут, а. может, и одной, длиною во всю нашу жизнь. Сглотнув, я почувствовала, что на руку капнуло что-то мокрое.
«Эмбер плачет» — поняла я.
Её тьма окутывала нас, как кокон. Укрывала от взора неупокоенных. Те же, водя носами, ходили по комнате кругами, что слепые.
Наконец, ее не стало. Мертвые встали, как вкопанные, и закачались. К ним присоединились ещё двое. Появилась мысль, вскочив с койки, ринуться к двери, чтобы отвлечь их от Эмбер. Но всё это было нереально. И нелепо. Они найдут нас двоих и, расправившись со мной на глазах сестры, лишь продлят её агонию.
Волк, рыча, напал на очередного неупокоенного. но его сил не хватало, чтобы спасти нас.