Они делали нечто по-настоящему важное, иногда рисковали жизнью, чтобы выполнить свой журналистский долг, а она… она сидит здесь и занимается черт-те чем! Дейна чувствовала, что задыхается.
Двухгодичный контракт с телестудией подходил к концу. Филип Коул, глава корреспондентского бюро, вызвал Дейну.
– Прекрасно работаете, Дейна. Мы все вами гордимся.
– Спасибо, Филип.
– Пора поговорить о новом контракте. Прежде всего…
– Я увольняюсь.
– Простите, не понял…
– После окончания контракта я больше не стану заниматься шоу.
– Но почему? – удивился Филип, кажется, так и не поверив собственным ушам. – Неужели вам здесь не нравится?
– Очень нравится, и мне жаль уходить из WTE, но я хочу стать зарубежным корреспондентом.
– Вы в своем уме?! – взорвался Филип. – Это жалкое существование! Хуже ничего не придумаешь. Зачем вам это?
– Просто устала слушать, что готовят на ужин знаменитости и каким образом очередная кинодива познакомилась со своим пятым мужем. В мире не утихают войны, ежеминутно страдают и умирают люди, и никому нет дела до этого.
Дейна глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки.
– Простите, но я никак не могу остаться.
– Подождите! Вы… вы серьезно?
– Я всю жизнь мечтала об этом, – тихо, но твердо ответила Дейна.
Немного поразмыслив, Коул пожал плечами.
– Куда бы вы хотели отправиться?
Дейна не сразу поняла, что победила. Наконец смысл его слов дошел до нее. Обретя наконец дар речи, Дейна пробормотала:
– В Сараево.
Глава 9
Губернаторские обязанности с каждым днем требовали все больше времени, но это лишь подстегивало Оливера. Политика всегда влекла его, а власть притягивала куда сильнее самой соблазнительной любовницы. От принятых им решений зависели судьбы тысяч людей. Оливер быстро научился манипулировать общественным мнением и законодательным собранием штата в угоду интересам тестя, однако его репутация оставалась безупречной, а влияние продолжало расти. Однако Оливер старался не зарываться, прекрасно помня предупреждение сенатора: «Это лишь первая ступенька, Оливер.
И Оливер был крайне осторожен. Он изменял жене налево и направо, но с его именем никогда не связывалось ни тени скандала. Друзья и знакомые считали его любящим и верным мужем и с негодованием отвергли бы любой намек на его бесчисленные романы. Единственное, что омрачало его безоблачное существование, – несчастный случай с Мириам.