Как я так угодила в ловушку из собственных слов?! Вот тебе и тихий вечер, о котором я мечтала, заходя в дом. Тихим он уже не стал, скорее максимально нервным.
– С тебя выбор фильма, с меня провизия, согласна? – пока говорит, достаёт телефон с явным желанием воспользоваться доставкой.
Ощущение, что я попала возросло в геометрической прогрессии.
И как ему теперь отказать? Чёрт! Хочу остановить его хоть чем-то, но на ум ничего не приходит. А сказать прямо не смогу. Вопреки всему, обидеть, а я уверена, что он обидится, нет желания.
Мысленно прикидываю сколько мне нужно времени на то, чтобы дойти, принять душ и переодеться. Ни в платье же сидеть в конце концов.
– Минут через двадцать.
Обхожу его и тут же натыкаюсь на Захара, парень стоит в десяти метрах от нас и точно всё слышал, именно поэтому пробегает липкий ужас по телу… Опозорилась за одну минуту… Аллах… за что мне это?!
Ругаю себя на чём свет стоит. Стыдно до луны и обратно! Захар идёт за моей спиной молча и не приближаясь ближе, чем на пять шагов, но я всё равно испытываю острый приступ ярости. Нет сомнения в том, кто кого куда направил! Это он сказал Давиду, уверена в этом.
Перед дверью жестом останавливаю парня и не оборачиваясь кидаю:
– Дальше я сама.
Хлопок дверью и мой разъярённый стон по всему коридору. Кто меня тянул туда идти?! Что за глупость очередная! Осталась бы дома, не пришлось бы сейчас спускаться и минимум полтора часа находиться в обществе младшего брата моего мужа, который вдруг воспылал желанием разделить поздний вечер в моей компании. Развлекался бы там и дальше, зачем ему этот благородный жест?
– Глупая… какая же я глупая!
Если бы только это был ни Давид, а Арман, если бы…
Не ожидая ничего хорошего, скидываю платье направляясь в душ.
Глава 7"
"Если сказать, что мне некомфортно рядом с этим человеком, то это ни сказать абсолютно ничего. Это не просто некомфортно! Это вязь, утопия, засасывающее жерло вулкана, Марианская впадина! Ещё теплы воспоминания о том, что он от меня отказался. У меня есть гордость, и она кипит, обжигая. Как бы его поступок не сыграл на руку, внутри обида никуда не делась.