– Все-таки шестнадцатая?
Я хотел было напомнить, что несколько секунд назад героически спас жизнь Алисы и теперь мне как минимум полагалась двойная порция фисташкового мороженого, а не язвительные шутки, которые вовсе не подходили моему новому облику героя.
– Тогда нужно было прыгать с обрыва, – заключил незнакомый голос. – Так надежнее, да и мой велик теперь в грязи. Кажется, цепь слетела.
«Вот говнюк», – мысленно сказал я, но вместо этого произнес вслух только:
– Я все еще жив. И все слышу.
Руки, появившиеся из воздуха, рывком подняли меня.
– Тогда тебе придется перестать изображать мертвого и встать. – Руки придержали меня от падения, и я, убедившись, что твердо стою на ногах, сделал шаг в сторону от незнакомца. Я мельком взглянул на него. Голубые глаза привлекали внимание: они ярко выделялись на фоне загорелой кожи. Виновник аварии отряхивал грязь с футболки. Судя по всему, он не пострадал. – Больно? Извини. Ты сам виноват, что выскочил мне навстречу.
Я оглядел рубашку и разочарованно выдохнул: она была безнадежно испорчена.
– Мало похоже на извинение.
Незнакомец усмехнулся. Я почти не смотрел на него, считая, что наше знакомство сейчас закончится. Ни к чему запоминать внешность того, кто не станет нам другом.
– Меня, кстати, Алиса зовут. – Она улыбнулась незнакомцу. Голос Алисы, насквозь пропитанный неприкрытым кокетством, вызвал во мне доселе незнакомое чувство.
Боль медленно подкрадывалась ко мне. Я заметил на себе насмешливый взгляд незнакомца и неловко почесал нос.
– Назовешь свое имя? Или мне придется угадывать?
Я не ответил, но вспомнил слова бабушки. Сейчас жизни двух незнакомых людей схлестнулись довольно грубо. Свидетельством пересечения были раны на моих коленках.
– Мой герой и защитник, – сказала Алиса кокетливым голосом, и я бросил на нее недовольный взгляд.
– У защитника есть имя?"
"Я посмотрел на незнакомца с зарождающимся любопытством. Разве кому-то есть дело до моего имени? Он изучал меня взглядом.