— Да как же, да что же?! — Марат, забыв про оружие, начал оживленно жестикулировать. — Вот опять вы так?!
— Я приказал тебе держать их на мушке! — цыкнул воин.
— Зачем их держать на мушке? Ты их уже увязал так, что они и чихнуть не могут!
— Это приказ, и он не обсуждается.
— А я говорю — обсуждается! — не унимался юнец. — Потому что есть дела поважнее всяких там дурацких мушек!
— Лешага, так что с нами-то теперь будет? — совершенно некстати влез в спор знакомец.
Ученик Старого Бирюка задумчиво оглядел пленников, раздумывая, можно ли кому-нибудь продать эту ораву.
— Да что уж там, — равнодушно бросил охотник за головами, — здесь и прикончу. Толку от вас нет, выгоды тоже…
— Верно-верно! — с праведным гневом в голосе поддержал воина один из «двуногих мулов». — Вздернуть их — и точка! И развяжите нас сейчас же! Я не кто-нибудь там, я — караванщик Исмаил из Ориенского бунка! Эти сволочи напали и разграбили мой караван! Если дело за платой, страж, то сопроводи меня до Ориена.
— Тут же пятеро, — напомнил ошеломленный подобной наглостью Марат.
— А это сказитель, — надменно скривил губы торгаш, — он не мой.
— Не твой, однако, не немой, — отозвался оставшийся неучтенным пленник, державшийся особняком.
— Да как ты смеешь? Да чтобы я!.. — взвился купец, брызжа слюной.
Лешага глянул на старого знакомца. Тот, не скрывая радости, утвердительно кивнул:
— Было дело.
— Все это ложь! Я только хотел выиграть немного времени! Они пытаются очернить меня! Вы что, не видите, они сговорились! — надсадно взвыл купец, но тут же наткнулся на ледяной взгляд бывшего стража и вдруг сдулся.
— Угу, — Леха прошел мимо него, рывком поднял с земли сказителя и перерезал путы на его запястьях.
— Да как ты смеешь?! — вновь завопил Исмаил.
— Марат, освободи его, — нехотя буркнул ученик Старого Бирюка. — А будет дальше орать, заткни чем-нибудь рот.
Юнец жутко ухмыльнулся.
— А можно я его сразу заткну? — срезая узел, уточнил драконид.