А не лови сам всяких там жаб да летучих мышей, не лови! Несолидно. Пусть молодые для тя ловят. Ты только пальцем указуй. Есть у тебя палец? Ну, вот видишь!..
Колдун топтался перед ним, Мрак спохватился и жестом указал на единственное кресло. Колдун опасливо присел, но на самый краешек, не разваливаться же перед правителем страны, сочтет неуважением, тут же голову долой либо еще хуже – отстранит от занятий колдовством и магией.
Странное чувство самым краешком коснулось сердца Мрака. Он не шугнул, позволил потереться мягким кошачьим боком, впустил вовнутрь, а потом, побуждаемый этим неведомым, пробурчал:
– Тцар я или не тцар?.
Колдун отшатнулся:
– Ваше Величество, вы не к тому обратились! Во-первых, властитель у нас – это вы, Ваше Величество, Яфегерд Блистательный, защитник справедливости, меч гнева и… многое другое. Во-вторых, я знаю только свои немногие трюки…
Мрак покачал головой:
– Колдун, я хотя еще не совсем дряхлый дед, но успел кое-что увидеть в этом мире.
Старый колдун посматривал то пристально, то отводил взор, вздыхал, иногда оживлялся, а когда Мрак закончил, из впалой старческой груди вырвался глубокий вздох:
– Благородный тцар… Увы, это у тебя возникло вот прямо сейчас… я же вижу, и пройдет раньше, чем ты переступишь порог обратно.
– За чутьем? – переспросил Мрак.
– Да, Ваше Величество.
– Значит, нет точных правил, как жить верно?
– Пока только чутье, – повторил колдун.
Мрак вытащил из кармана амулет.
– Ладно, чуйствами так чуйствами. Ты мне вот че скажи… Если эту штуку продать, че-нить дадут?
Колдун опасливо рассматривал загадочную штуку, даже голову вытянул, отчего длинная черепашья старческая шея вытянулась, стала похожей на шею старого гусака.