Но грязь – везде грязь.
Кэр не сразу привык к затрапезному виду тысяцкого: тот выглядел форменным бродягой. Или, что вернее,– форменным бандитом.
Только одного не смог, да и не захотел бы изменить Кайр-Косогубый: своей физиономии.
Потому, взглянув на гостя, хозяин харчевни увидел достаточно, чтобы позабыть о своем кинжале в локоть длиной, болтавшемся на поясе, и подобострастно кивать в ответ на любую реплику гостя.
– Одно хорошо,– продолжал Кайр.– Когда у тебя остается только несколько медных монет…– еще один многозначительный взгляд на хозяина харчевни,– здесь можно выпить и пожрать! Если скисшую мочу и верблюжье дерьмо можно считать жратвой и выпивкой.
Кислая улыбка хозяина сменилась злобной гримасой.
– Не нравится – пошел вон! – пробурчал толстяк. Но – совсем тихо.
Взяв деревянные кружки и скользкие от жира блюда с жаренными на сале черными сухарями, самерийцы отправились в самый дальний угол.
Кэр пошел было к свободному столу, но Кайр остановил соплеменника и двинул к другому, где трое бродяг, переругиваясь, играли в кости.
Кайр, походя, пнул его в бок. Бродяга подскочил, глянул ошалело и убрался подальше.
Косогубый подошел к занятому столу, поставил на него кружку с вином.
– Мне и моему другу надо поговорить наедине! – сказал он веско.
– А не…– начал один из бродяг, поднимая голову.
И осекся, только раз взглянув на изуродованное лицо воина.
Троица мигом забрала свое барахло, и тысяцкий опустился на заскрипевший табурет.
Кэр понюхал содержимое миски, поморщился, отодвинул.
– Ну так вот…– начал он.
– Не торопись! – поднял руку Кайр.– Мы еще не заработали право на уединение.
Трое с длинными ножами на поясах направлялись к ним.
– Мы здесь не любим чужаков! – процедил один из них, усатый, с маленькой головкой, неуместной на широких плечах и бочкообразном туловище.
– А где же ты видишь чужаков? – спросил Кайр с напускным удивлением.
– Перед собой! – рявкнул усатый.
И нож мгновенно оказался у него в руке. Он держал его острием вниз, вдоль предплечья. По всему было видно: пользоваться этим инструментом усатый умел.
Два его приятеля проделали то же со своими железками.
– Не люблю убивать! – громко сказал Кайр, обращаясь к сыну вождя.– Я имею в виду – бесплатно. А ты, мой молодой друг?"
"Кэр вдруг сообразил: тысяцкий развлекается, решив получить полное удовольствие от прогулки.