Обдумываю то, что она говорит, и отлично ее понимаю. Она добавляет:
– Таким образом, чувак, как его называет Лус, почувствовал себя отверженным и вот уже десять дней не звонит мне.
– Так позвони ты.
– Я не сумасшедшая.
– Ты рассказала ему о своем разводе?
– Нет.
– Ты объяснила ему все так, как мне?
– Нет.
– Почему?
– Потому что Хуан Альберто не дал мне выбора. Когда я сказала, что не поеду в Мексику, этот упрямец разозлился и, не дав мне возможности что-либо объяснить, сказал такие слова: «Отлично, королева, счастливо оставаться».
– Так и сказал?
Ракель кивает. Глядя на ее лицо, спрашиваю:
– А ты ему что?
– Ну, милая моя, будучи скандалисткой, я ему так и сказала: «Отлично, король, пусть другая ест тебя с помидором». – И, понижая голос, добавляет: – Мне так хотелось наговорить ему плохих слов, ты же меня знаешь, какой я становлюсь змеей, но я подумала: Ракель, держи себя в руках!
Я лопаюсь от смеха и, обнимая ее, спрашиваю:
– Так что, твоя дикая интрижка современной женщины закончилась?
– Думаю, да, но, дорогая… я до сих пор о нем думаю.
– Но, послушай, Ракель. Если ты его любишь и он любит тебя, почему бы тебе не объяснить, в чем дело, и не предложить ему…
– Переехать жить в Испанию? – прерывает она меня. – Нет… нет, представь, что его компания разваливается, и он винит в этом меня. Нет, увольте!
Мы еще долго с ней разговариваем, но она не поддается на уговоры. Ракель стоит на своем, и ее невозможно переубедить. И потом еще говорят, что самая упрямая в нашей семье – это я.
Дверь открывается, и появляются Эрик, Бьорн и мой малышонок. Бьорн принес великолепный букет роз. Он здоровается с сестрой, а затем тихо мне говорит:
– Мои поздравления, мамочка.
– Спасибо, красавчик.
Мой любимый кладет нашего сына в кроватку, и я спрашиваю:
– Все в порядке?
Эрик кивает, и я интересуюсь:
– А мой отец?
– Он остался с детьми и с моей матерью в кафетерии, и они скоро поднимутся.
Я киваю и, очарованная своим малышом, поворачиваюсь к Бьорну и спрашиваю:
– Ну, как он тебе?
Понижая голос, мой дорогой друг смотрит на меня и отвечает:
– Джудит, он прекрасен. У тебя родился чудесный сын.
– Хочешь подержать его?
Бьорн тут же делает шаг назад и с испуганным видом говорит:
– Нет. Мне не нравятся такие маленькие. Предпочитаю таких, каким примерно столько же лет, как и Флину, так я хоть могу с ними пообщаться.