Лус, моя малышка Лус, залезает ко мне на кровать, обнимает меня, дает мне пакет и говорит:
– Тетя, я видела кузена, и он – красотулечка. Но у него не такие глаза, как у Флина.
Ее слова вызывают у меня улыбку, затем я открываю пакет и, увидев футбольную форму испанской сборной, смеюсь со словами:
– Ты хочешь, чтобы его выгнали из Германии?
Все смеются, а я, соскучившись по своему ребенку, спрашиваю:
– Где же он?
– Любимая, ему делают анализы. Его скоро принесут, – отвечает Эрик.
Когда отец с Лусией, Эриком и Лус уходят перекусить в кафетерий, рядом со мной усаживается сестра и с сердечной улыбкой говорит:
– Джудит, поздравляю тебя.
Я растрогана до глубины души, и Ракель меня обнимает.
– Это теперь, булочка, на всю жизнь. Эрик-младший удивительный, и я уверена, что он будет тебя только радовать. Плохо только то, что они вырастают и в один прекрасный день начинают встречаться с девочками, смотреть порножурналы и курить травку.
– Ракель…
Мы обе смеемся. Моя сестра иногда выдает такие вещи, что невозможно не смеяться.
– Ладно, расскажешь мне что-нибудь новенькое?
Она с нежностью придвигается ко мне и шепчет:
– Три недели назад мы с Хесусом подали заявление о расторжении брака по взаимному согласию.
– Серьезно?
Она кивает.
– У него новая пассия, и, судя по всему, у них там все серьезно. И, воспользовавшись его приподнятым расположением духа, я очертя голову назначила дату экспресс-развода, который нам скоро должны подписать.
– Ну и ну, вот это круто.
Но, увидев ее выражение лица, понимаю, что не все так гладко, и спрашиваю:
– Как дела с твоей дикой интрижкой?
– Ужасно.
– Ужасно?
Ракель кивает и говорит:
– Он хочет, чтобы мы поехали жить вместе с ним в Мексику.
– Да что ты говоришь?
– Что слышишь, булочка… Но я сказала ему «нет». Во– первых, я не хочу так отдаляться от папы и тебя. Во-вторых, потому что Хесус не согласен на то, что я увезу девочек так далеко, и в-третьих, если бы это случилось со мной, я бы тоже не хотела, чтобы Хесус увез бы так далеко от меня моих доченек.