Правда, большинство отсеялось еще в самом начале: двадцатый век для жителей нынешней эпохи был загадочной и малоизвестной эрой. В конце концов у Мевинса осталось всего два соперника.
Ведущий задал очередной вопрос:
– Вымышленный персонаж, животное из семейства зайцев или, если точнее, зайцеобразное. Отличительная и самая яркая черта его характера – безумие. Кто это?
Один из участников совершенно растерялся и не сумел ответить. Второй, на последней секунде, выдал:
– Мартовский заяц?
– Неплохой вариант, – сказал ведущий, – но, боюсь, вы не правы.
– Багз Банни, – выпалил Мевинс и тут же пожалел об этом.
– АБСОЛЮТНО ВЕРНО! – прокричал ведущий, и наступила мертвая тишина. Двое проигравших финалистов получили утешительные призы: двадцать необлагаемых налогами миллионов долларов одному и Британский военно-морской флот (весь, до последней гребной шлюпки) – другому.
Мевинс чуть ли не физически чувствовал, как тишина расползается по всему миру. Люди планеты застыли в ожидании: что же получит победитель?
– Гран-при, – благоговейно произнес ведущий, – венец почти трех сотен лет лидерства «Юнайтед».
Под пение труб на голову Мевинса возложили корону.
– …титул короля Земли!"
"Вот тут они явно перегнули палку. Возмущенные до предела зрители поперли на сцену, и Мевинс, сунув корону под мышку, поспешил убраться прочь. Пока толпа, готовая линчевать любого, кто попадется на пути, крушила студию, он через черный ход выбежал на улицу. Вокруг не было ни души – манхэттенцы сидели по домам, следя за ходом викторины.
У подъезда его встретила Энн. На руках она держала щенка дога.
– Так и знала, что ты придешь сюда, – сказала она.
– Я возвращаюсь к себе, – запыхавшись, ответил Мевинс.
– Я, пожалуй, с тобой. Скоро здесь такое начнется… К тому же я хочу переселиться в тихое, спокойное местечко.
Чуть помявшись, она смущенно взглянула на Мевинса и добавила:
– Если ты, конечно, возьмешь меня с собой.
Вниз по Седьмой авеню уже неслась разъяренная толпа. Мевинс схватил Энн за руку и вбежал в дом. Сказать, как сильно он хочет забрать ее к себе, можно и потом.
Наверху, в опустевшей лаборатории Карпентера, рыскал чужак: амбал выше метра девяносто, плечистый и накачанный.