Они вспомнили Мичиган и былые времена.
– А теперь, стало быть, ты инспектор таможни.
– Точно. – Старбак вытянул длинные ноги. – Меня вечно тянуло к закону. Хоть это и не так выгодно, как транзисторы.
Гарви скромно улыбнулся:
– А насчет Акта о сексуальной нравственности – это что? Шутка?
– Ничуть. Ты не слушал сегодняшних новостей? ФБР накрыло подпольную фабрику сексуальных суррогатов. Та при деле недавно, так что почти всех суррогатов отыскали и вернули. За исключением одного.
– Правда? – Гарви осушил бокал.
– Да. Поэтому они обратились к нам. Мы охватили все космопорты – на случай, если кто-то решит вывезти чертову куклу с Земли.
Гарви налил себе еще и небрежно спросил:
– И ты подумал, что этот парень – я?
Старбак недоуменно уставился на приятеля и через секунду расхохотался:
– Ты? Конечно нет! Просто увидел твое имя в списке убытия и забежал по старой памяти пропустить глоток. Слушай, Ральф, я же все помню. Гарви – первый парень на деревне. Гроза всех девственниц Мичигана.
– Да уж, мои подружки не поняли бы меня, – поддакнул Гарви.
Старбак снова расхохотался и поднялся на ноги:
– Слушай, мне пора. Позвони, когда вернешься.
– Конечно позвоню! – легкомысленно согласился Гарви. – А ты не хочешь все-таки провести досмотр, раз уж ты здесь?
Старбак задумался.
– Наверное, надо бы для порядка. Да черт с ним, не хочу тебя задерживать. – Он подошел к люку и обернулся. – Жаль парня, у которого этот суррогат.
– Почему?
– Дружище, это адские машины.
– Почему?
– Дружище, сказать не могу. Честное слово! Секретная информация. ФБР пока не уверено. Кроме того, они выбирают момент, чтобы выйти на сцену.
Старбак махнул рукой на прощание и ушел. Гарви в раздумье смотрел ему вслед. Ему не нравилось, как все пошло. То, что задумывалось как короткий и не вполне законный отпуск, теперь превратилось в настоящее преступление.
– Диспетчерская вызывает G43221, – протрещало радио. – К взлету готовы?
Гарви колебался, пытаясь понять, на что же намекал Старбак.