В темном-темном космосе

Паруса расчехлены, фалы зафиксированы на утка́х мачты, бухты канатов аккуратно сложены на ослепительно-белой от солнца парусине, затягивающей палубу. В ящике со льдом было запасено пиво, холодное мясо, масло и хлеб.

Солнце с раннего утра заливало жаркими лучами белый бетонный пирс Байя-Мар, ровный бриз шелестел кронами пальм. Две команды рыбаков как раз отчаливали – лодки скользнули мимо, отплевываясь водой из моторов, и «Идальго» медленно закачался на поднятой ими волне.

Его последнего клиента, мистера Дженкинса, пока не было видно.

Пару дней назад в чартерный док явился хорошо одетый нервный маленький человек с портфелем. Осмотрев один за другим рыболовные суда, он в конце концов остановился перед «Идальго». Изучил вывеску Беннета: «Морские прогулки и круизы на день, неделю, месяц» – и, внезапно приняв решение, заключил фрахт на один день.

– Собираюсь устроить развлечение для друзей, – объяснил он, вручая Беннету задаток. – Хочу, чтобы вы были готовы сразу отчалить."

"– Буду готов, – пообещал Беннет.

И вот он готов, а Дженкинс-то где? Беннет решил послушать прогноз погоды. Взошел на борт и подхватил переносной радиоприемник – в хорошую погоду он держал его на кокпите. В этот момент перед «Идальго» затормозил кабриолет с поднятым верхом, из него выбрался Дженкинс. С ним были двое мужчин в спортивной одежде, которых он представил как мистера Морелли и мистера Харбача.

– Все готово? – спросил Дженкинс. – Прекрасно! В путь!

Он ступил на борт, двое последовали за ним. Каждый из них нес по небольшому саквояжу.

Они направились прямиком в каюту.

Харбач, крупный тяжелый мужчина с невыразительным лицом, открыл свой саквояж и вынул оттуда бутылку скотча. Второму, Морелли, на вид было немногим больше двадцати. Узколицый, с черными волосами, падающими на глаза, он быстро отыскал контейнер со льдом и начал крошить лед в пластиковые стаканы.

Странные люди время от времени фрахтуют яхты, и Беннет к этому привык. Но выпивка без меры делала чересчур рискованным плавание на маленьком судне в открытом океане.

И он пообещал себе, что, если они будут продолжать в том же духе, он повернет назад.

Он завел мотор, отвязал концы и дал задний ход. Осторожно маневрируя, повернул шлюп в пределах дока и направил его носом в береговой канал.

Троица оставалась в каюте. Беннет надвинул видавшую виды капитанскую фуражку поглубже на глаза, закрывая их от солнца, и подвязал буи.

– Выпьешь, шкипер? – спросил Морелли, протягивая стакан.

– Нет, спасибо.