Как ты думаешь, дадут ли нашему Джону и дальше спокойно разводить лошадок и выращивать помидоры?
Не дурак. Аналогию понял, а потому глубоко задумался над словами ректора. После чего наконец спросил:"
"– То есть вы хотите сказать, что меня не оставят в покое в любом случае?
– Правильно. Не хочешь работать на Родину, станешь служить другому государству. Скажу иначе: не служить – прислуживать, потому как там ты никогда не будешь «своим». Да и «клеймо предателя» в глазах своих новых товарищей ты не отмоешь, даже если будешь очень стараться во благо Америки.
– Всё так плохо?
– Да нет, – ухмыльнулся ректор. – Жрать деликатесы будешь от пуза. Но тебя что? Здесь плохо кормят?
– В столовой общаги та биомасса, которую называют едой, – отвратительна, – в свою очередь улыбнулся я.
– А ты большего пока не заслужил, – хохотнул Сафронов.
– Верю, – грустно вздохнул я. – То есть вы хотите сказать, что в любой стране мира мне придётся делать то же самое, что и дома, так почему бы не трудиться во благо Родины?
– Не в любой, – мгновенно помрачнел герцог. – Знаешь почему, например, у Испанской Короны нет одарённых седьмого уровня?
– Почему?
– А потому что бонапартистам в соседней Франции не нужен был сильный западный сосед.
– Это какая?
– Ты, Кузя – колдун.
– Ну и что?
– А ты никогда не задумывался над тем, с чего вдруг родилось «Экономическое чудо» Китая? Как так получилось, что бедная страна быстро разбогатела? На чём строится их Лунная программа?
– Дешёвая рабочая сила, – я пожал плечами, – пиалка риса за восемнадцатичасовой арбайтен.
– Это всё вторично, – ректор снова уселся на своё кресло. – Жил, Кузя, в Танзании в середине девяностых такой шаман. Звали Нгпала Бебе.