Неквалифицированный колдун шестого уровня, почти как ты. А потом взял да и исчез – совсем пропал. Все думали, что его просто убили, а оказалось, что мужика пригласили к себе наши китайские друзья.
– И?
– Теперь этот обрубок человека, с выжженным разумом, слепой, с удалёнными руками и ногами, при помощи специального аппарата, подключённого напрямую к его чакрам, день и ночь работает во благо Поднебесной. И не смотри на меня так, я рассказываю тебе то, что видел собственными глазами. И не он один. Под Пекином целые комплексы функционируют, выкачивая из колдунов силу, путём прямого контакта с чакрами.
Признаться, я сначала не поверил Сафронову. Это как вообще можно механически подключиться к энергетической точке? Затем вспомнил то, что проделал со мной старый хрыч, будучи моим дедом, и засунул свои сомнения куда подальше.
– …Я не пытаюсь тебя пугать. Просто стараюсь объяснить, что наша служба государству штука вовсе не безответная, и его забота о нас не ограничивается одними лишь титулами и материальными благами.
– А как вы там оказались? – задал я самый очевидный вопрос. – Этот комплекс-то, наверное, жутко секретный.
– Секретный. Но выбросы искажений от него такие, что мама не горюй. Я состоял в группе международных инспекторов, задействованных в программе «Белая Магия». Нас, конечно, не хотели туда пускать, но… Куда бы они делись.
– Понятно. А Зона?
– Что «Зона»?
– Там нам тоже «свободы» нет?
– Свобода там – только у международного криминала. Да и то не долго. А сталкеры твои, как собственно и наёмники из частных военных компаний – все под кем-то ходят. Неофициально. Либо под нами, либо под немцами, либо под турками. Четвёртого не дано. Хочешь стать бандитом? – он хитро посмотрел на меня.
– Не особо, – честно ответил я.
– Подумай-подумай. Ты, кстати, решил уже, как будешь учувствовать в Большой Игре?
– И вы туда же, – я даже крякнул с досады. – Хотел устроиться грузчиком или разнорабочим, но Нина меня за это вчера перед самым вашим приездом отругала.
– И правильно сделала! – улыбнулся ректор. – Вот что, Кузьма. Я зачем тебя, собственно, позвал. Есть у меня к тебе некое предложение.
– Внимательно слушаю.