Варяг в эти дни всё ещё свеж и внешне полон сил, вот только разговора, который происходит сейчас прямо передо мной, я на самом деле не помню!
Да и вообще, я – вроде бы и не я. Словно ненужная сейчас вещь, я отставлен в дальний угол и, безвольно уронив руки к скобам на колёсах, сижу, бессмысленно глядя в одну точку, совершенно не реагируя на происходящее вокруг.
– …хватит уже ходить вокруг да около, – поморщился мой Наставник, фигуру которого я вижу боковым зрением, обращаясь к невысокому человеку в строгом деловом костюме.
Этот разговор, видимо, идёт уже какое-то время, и не очень понятно, почему именно этот отрывок внезапно появился передо мной. На столе между мужчинами, рядом с неизменным самоваром с помятым боком, стоят три початых водочных бутылки, самой дешёвой марки. Однако стакан только один, и именно его вертел сейчас в руках мой Наставник, а затем, наполнив, явно привычным жестом опрокинул в себя.
«А ведь я никогда не видел, чтобы Варяг притрагивался к спиртному…» – подумалось мне.
– Он точно нас не слышит? – с сомнением спросил гость, покосившись на моё тело.
– Точно, точно, – усмехнулся Наставник. – Выключил я его, чтобы под ногами не путался. Всё же дерьмовенький материальчик вы, святоши, мне подкинули… Проще добить, чтобы не мучился!
– Всё в руках Божьих, Варяг, – с явной неприязнью в голосе произнёс его собеседник, неодобрительно посмотрев на мужчину. – И не тебе судить о замыслах Церкви!
– Да, да… – отмахнулся Наставник.
«Я нужен Церкви? – моему удивлению не было предела. – На фига?»
– Проведу… – после небольшой паузы произнёс гость. – Хотя, видит бог, гореть мне после этого в аду!
Скрипнула входная дверь, простучали по деревянному полу шаги, и в комнату вошёл… Петька Буйский! Мой ровесник, живший на другой стороне Чулыма вместе с бабкой и матерью, о которой поговаривали много чего нехорошего.
«Какого чёрта он здесь делает? Не помню, чтобы он когда-нибудь общался с Варягом, а тем более без стука вламывался в его дом на отшибе! – не понял я.