Отец Йозеф любил самолично записывать все показания подозреваемых, он вообще мало кому доверял, ну, разве что Гуго, так и то потому, что тот был немой – не расскажет.
Низенький, кривобокий, однако плечистый и сильный, аббат никогда не пользовался успехом у женщин… как, к примеру, тот же епископ Альбрехт, о связях которого ходили самые разные слухи – их настоятель тщательно собирал и берег до удобного случая. Круглое, щекастое лицо аббата ныне лоснилось от пота, маленькие серые глазки довольно щурились, тонкие губы непомерно большого рта кривила гаденькая улыбка.
– Ах, Марта – вот настала пора и рассказать. Ты говорить можешь? Иначе Гуго тебе поможет…
– Нет-нет! Я могу говорить.
Женщина со страхом оглянулась на палача, давно уже безразлично повернувшегося к ней спиной и занимавшегося каким-то своими делами.
– Значит, ты у нас – Марта, урожденная Носке, девятнадцати лет, вдова Хельмута Ашенбаха, крестьянина… замужем ты долго была?
– Шесть лет, святой отче.
– Не называй меня святой отче! – брезгливо прикрикнул аббат.
– Поняла, мой господин.
– Это хорошо, что ты такая понятливая. Дети у вас имелись ли?
– Я родила троих, – неожиданно тяжко вздохнула колдунья. – Одну девочку и двух мальчиков-погодков. Все умерли в раннем детстве.
Настоятель покачал головой:
– Так бывает, что ж. Дети помирают, а ваше бабье дело – рожать, так уж мир устроен. Но я сейчас не об этом, просто кое-что уточнил, люблю, знаешь ли, во всем порядок.
Почесав пером нос, отец Йозеф громко чихнул и продолжил:
– Итак, очередной вопрос: как именно ты имела отношения с дьяволом и в каком виде он к тебе являлся?
– А… в каком виде он обычно является, мой господин?"
"– Да, видишь ли, по-разному, – усмехнулся аббат. – Потому я тебя и спрашиваю. Бывает, в виде огромного черного пса, бывает – козлом, а бывает – обернется видным и красивым мужчиной.
– Вот! – отрывисто кивнула колдунья. – Именно в таком виде он ко мне и приходил.
Отец Йозеф поморщился:
– Вот только не лги! Дьявол тебя давно уже соблазнил, обучил колдовству – с чего бы ему перед тобой таиться? Он ведь и не таился, так? Гуго!!!
– Так, так, – поспешно согласилась несчастная. – А вы меня не будете больше…
– Посмотрим на твое поведение! – совсем добродушно хохотнул аббат, правда, маленькие глазки его при этом оставались таким же похотливо-злыми.