– Угнетенных обычно используют те, кто сам жаждет превратиться в угнетателей… только обычно куда более кровавых, нежели прежние! Если к власти придет охлос, уверяю вас, немецкое засилье покажется всем нормальным людям чуть ли не благом. Нет, ну, смотрите, что они делают-то? Вам не жаль бедняжку? Сейчас они ее изнасилуют всем скопом – и прямо у нас на глазах.
С дюжину молодых людей с глумливыми смешками выволокли из переулка упиравшуюся девчонку, рыженькую, испуганную, с расцарапанными щеками и разорванном чуть ли не до пупа платье.
– Пожалуйста… я все для вас сделаю… только не убивайте… ради Святой Девы.
– Разберитесь со щенками! – подозвав начальника стражи, приказал Гус. – Можете дать им плетей. А девушку проводите домой – ясно?
– Ясно, господин профессор!
Не так уж и сложно оказалось прогнать юнцов – всего несколько ударов плетью, и те с воплями разбежались, а спасенная девчонка… тут же скинула с себя платье:
– Не убивайте, молю! И не делайте мне больно.
– Тьфу ты, – перекрестился Егор.
Профессор нахмурил брови:
– Не переживайте. Я доверяю своим воинам – они сделают все, как приказано. Доставят девушку домой.
– Не сомневаюсь, – задумчиво глядя на творящиеся вокруг безобразия, покивал князь. – Только, боюсь, что дома у нее уже нет."
"– А вот и ратуша! – показал рукой Гус. – Приехали. Как раз сейчас должен проходить городской совет.
– И-и-и раз… и-и два… Оп! – донеслось с верхнего этажа здания, и тотчас же из распахнутого настежь окна вылетел человек в черной мантии ратмана.
…вылетел, с криком упал на мостовую, да там и затих, скукожившись в нелепой позе.
– Гляньте, что с ним, – спешиваясь, отрывисто бросил профессор. – Остальные – за мной. Живо!
Вслед за магистром Вожников взбежал по каменной лестнице на верхний этаж, оказавшись в большой и светлой зале, украшенной затейливой лепниной и росписью на темы жития святого Галла.
– Я-а-а! – возопил арбалетчик. – Я прикончу эту немецкую свинью, клянусь честью!
– Ты всегда был бездельником, Йозеф! – спокойно возразил амбал. – Бездельником и говоруном.