– Это откровения Иоанна Богослова, двадцатая глава, – неожиданно пришла на помощь шевалье Изабелла. Натянув поводья, она развернулась, подъехала ближе и принялась переводить страстный монолог монаха: – И увидел я Ангела, сходящего с неба, который имел ключ от бездны и большую цепь в руке своей. Он взял дракона, змия древнего, который есть диавол и сатана, и сковал его на тысячу лет, и низверг его в бездну, и заключил его, и положил над ним печать, дабы не прельщал уже народы, доколе не окончится тысяча лет; после же сего ему должно быть освобожденным на малое время.
Монах наконец-то выдохся, замолчал, тяжело дыша.
– Как ты себя чувствуешь, приятель? – как можно ласковее спросил Вожников. – Я, конечно, знаю о пользе молитвы и ее важности.
"– Да при чем тут молитва, неуч безграмотный! – опять замахал кулаками монах. – Это Откровение! Это Библия! Это слово Божье! В нем сказано, что господь наш Иисус, вознесясь на небо, посадил на цепь Диявола, врага рода человеческого! И предсказано, что по прошествии тысячи лет освободится Сатана из плена, прельстит народы страны Гога и Магога, и поведет их на большую войну против рода человеческого. Тысячу лет, понимаете?! Во время предсказанное дошли до пределов христианских воины из степей диких, начали войну против веры.
– Ни хрена себе… – зачесал в затылке Вожников. – Значит, монголо-татарское нашествие предсказано Библией?
– Откровением Иоанна Богослова, – поправила его Изабелла, не переводя этой фразы монаху.
– Но ведь ничего этого никогда не было? Ни монголов, ни ига… Весь тринадцатый век на Руси – это вообще эпоха строительства монастырей! Плюс Сарайская епархия. Если по Иоанну судить, выходит, это сам Сатана митрополитам нашим охранные ярлыки выписывал?
– Ты богохульствуешь, путник. Если бы я не обещала тебе покровительство, то должна была бы немедленно проткнуть тебя мечом.