Залп мощнейших крупнокалиберных пушек заставил содрогнуться, казалось, саму землю. Тяжелые чугунные «сардельки» мелькнули в воздухе и врезались в камни крепости, прошив стену насквозь, словно картонку. В местах их попаданий остались только аккуратные черные дырочки.
– Вот проклятие, кто так строит? – разочарованно сплюнул Егор. – Опять снаряды слишком мощные!
Пушкари засуетились, перезаряжая стволы, и вскоре жахнули еще раз, а затем еще. Пока что без видимого эффекта.
– Не огорчайся, княже, – попытался утешить его один из пушкарей.
– Ты кто таков? Чего не при деле? – недовольно покосился на заметно скривившегося на бок тощего черноволосого мужичка.
– Новгородские мы, Амосом меня кличут, – моментально сдернул шапку смерд. – Пушки мы свои привезли числом в три десятка. Знамо дело, не таковые, как эти, по старинке делали.
– Коли умный такой, то давай, ищи свое место, – отмахнулся от него Вожников. – Скажешь, я разрешил.
– Ага! – Кривобокий Амос кивнул, насадил шапку обратно на макушку и убежал.
– Быдло невоспитанное, – буркнул ему вслед Егор и выбросил из головы. – Заряжай! Где барон фон Шельзе?
– Я здесь, мой император, – подскочил ближе одетый в латы рыцарь.
– Пускай вперед своих наемников, пора.
По улицам разоренной слободы побежали ко рву десятки наемников с наполненными землей мешками.
"Вода заплескалась, пошла волнами, тут и там обнажая дно. Стало ясно, что ров уже давно не чистили. А может статься, и чистили – до только так, что выделенное казной золото ушло в карманы подрядчиков и наместника.
– К вечеру заполним, – вернувшись, отчитался барон. – Мешков с землей запасено с избытком.
– Коли с избытком, делайте дамбу шире, – ответил Вожников. – Потом самим удобнее будет на штурм идти.
– Слушаюсь, мой император!
Пушки жахнули снова, выплеснув белые густые облака дыма.