Басовитой струной гудели колокола Святой Софии, чуть ниже тоном вторили им колокольни Неревского конца, не отставали и на Людином, а с того берега нетерпеливо откликались с каменного храма Иоанна на Опорках, с белой церкви Бориса и Глеба, с изысканно одиноко красивой, камерной – Федора Стратилата, с других – по всей Торговой стороне, где колокола – ничуть не хуже, чем на Софийской!
Под колокольный звон с головного струга сошел на пристань сам великий князь – в алом плаще, в золоченой миланской кирасе, при палаше, в серебристом, с развевающимися перьями, шлеме.
– Князь, князь вернулся! – перешептывался, ликовал народ.
– Слава те, Господи!
– Теперь уж у нас все будет мирно!
– Ужо приструнит бояр, а то совсем распоясались, кровопивцы…
– Чернь, чернь накажет… Хватит уже чужие хоромы жечь!
– Князь, князь великий вернулся! Слава те, Господи, слава. Святая София!
Сойдя на берег, к детинцу, князь обнялся, облобызался со встречающими его «лучшими» и сановитыми людьми – архиепископом Симеоном, с тысяцким, с посадниками – Федором Тимофеевичем, Семеном Васильевичем, Алексеем Игнатьевичем да прочими.
Радовались посадники:
– А у нас тут, княже, разор едва не стал! Мужики худые поднялись, чернь гнилозубая.
– Да не токмо одни мужики, хуже дело – Торговая сторона на Софийскую встала, едва утихомирили всех.
– Да и посейчас еще кое-где пылает…
– Да, – покачал головою Егор. – Знал бы – раньше вернулся. Эх, когда еще мечтал световой телеграф поставить! Ладно, займусь… Жена моя где, что-то не вижу?
– Супруге твоей, дражайшей княгинюшке, в монастыре покуда сидеть прошено.
Вожников усмехнулся:
– Ну, вот, пришел. Сейчас чуть отдохну, да за супругой своей, за чадами, самолично отправлюсь. Обитель-то не так далеко, полагаю.
– Да уж не шибко далече.
– Ну, вот и славно. А уж потом – как семью привезу – за пир, делами же завтра займемся. Уж не думайте, учиним сыск!
– На то, государь, и надеемся, на то и уповаем. Сирых нас рассуди, разберись во всем, накажи, кого надо!
– Разберусь, разберусь, не сомневайтесь, – ухмыльнулся в усы князь.
К обители Егор с дружиной подъехал лишь к вечеру: покуда собрались, покуда проводника надежного нашли… да потом три часа по болотам плутали, не такой уж и надежный оказался проводник, насилу к монастырю вышли.
– Уехала, ехала, вчера еще, – обсказала все настоятельница. – И со чады, и с домочадцы. Как от тебя, великий государь, письмо получила – так и снялася.