Но внутренне приготовился ударить силой, чтобы огневку тряхануло, как следует. «Не сдержится. Точно не сдержится. Никому на начальных порах не удержать огонь». Тем более так долго подмятый гнетом чужого мира.
Оказалось, что ошибся. Внутренней дисциплины в огневке оказалось больше, чем стихии. Медленно, нехотя, но огненные всполохи в янтарных глазах угасли.
— Что я должна делать? — прохрипела она.
— Схлопни ладони и распыли огонь на искры.
— Но…
— Он не живой. Он — всего лишь стихия. И вернется туда, откуда пришел.
Чувствуя иррациональную веру в слова волхва, в то, что он не желает и не сделает ей ничего плохого, девушка резко соединила ладони. Словно прощальный фейерверк, сноп ярких искр вырвался меж пальцами. Только после этого Драгомир поднес свою ладонь и потушил костер.
— Пойдем. Ты наверняка устала.
Только сейчас Лера почувствовала навалившееся на плечи измождение. Хотелось растянуться прямо на плаще и отключиться. Из последних сил она заставила себя ухватиться за протянутую руку и встать на ноги.
— Не удивляйся, если сейчас почувствуешь голод. Поначалу внутренняя стихия потребляет много энергии.
— Угу.
— Я сейчас сделаю горячее питье. И Яра обещала, что положит нам пирогов.
— Я не успела у нее помыться… — пробормотала девушка, едва перебирая ногами.
— Пока ты будешь перекусывать, я согрею в бане лохань с водой.
Тщедушный внешний вид даже его вводит в заблуждение. Мелкая, худенькая девчушка, от которой даже не пахнет опасностью. Боязливая, беспомощная… которая едва не размазала его по стене. А он все равно расслабился. От ее восторга и первых успехов.
— Пей, — он протянул ей стакан с горячим напитком, — взбодрит и добавит сил. Ненадолго, но тебе хватит.
Рядом с кружкой поставил угощение от Яры — пироги с рябчиками. Едва не урча от жадности, Лера во мгновение смела половину пирога, жадно заталкивая в себя куски еды. Закончив есть, она удивленно посмотрела на пустое блюдо и икнула:
— Это все я⁈
— А обещала, что мало ешь, — пожурил волхв.