Вот только какой город попал под прицел в этот раз и главное — почему? Почему меняются цели, и я не задумывался об этом раньше? Я так сильно влияю на реальность? Я — подросток, действия которого напоминают барахтанье в пруду головастика, который только-только начал отращивать лапки?"
"Этот город я не узнал. Невысокие холмы, ступени, просторные улицы, аллея фонтанов, куда лезут дети, отгоняемые родителями. Лето, жара. Бездомные собаки вывалили языки в тени, птицы попрятались.
Красивый город с невысокой застройкой, где современные здания соседствуют со старинными.
А дальше все, как всегда: инверсионный след, помехи по экрану, и клавиатура не работает.
Теперь дата грядущей войны сместилась на первое августа две тысячи двадцать седьмого года.
Открыв глаза и уняв колотящееся сердце, я перевел взгляд на предрассветную серость, просачивающуюся в комнату, посмотрел на спящего брата, положившего ладонь под щеку. Мерный шелест намекал, что начался дождь, ставя жирную и влажную точку на беззаботных теплых деньках.
Все непременно будет хорошо. По крайней мере до первого августа двадцать седьмого года. А дальше я постараюсь сдвинуть эту дату так, чтобы мы не дожили до катастрофы. И наши дети не дожили. За четыре месяца я передвинул катастрофу на год. Выходит, за всю мою жизнь получится примерно на девяносто лет?
Как же хотелось, чтобы угроза вообще перестала над нами нависать! Поворочавшись немного, я все-таки снова уснул, но как будто бы сразу же задребезжал будильник.
Вставай! Новый день, новые цели и свершения!
Глава 2
Новая жертва
— Ну что, начинаем? — спросила Джусиха, расхаживающая вдоль доски туда-сюда. — Семь человек отвечает устно, остальные после урока сдают тетради со своими стихами. Творческое задания оценивается следующим образом: первая оценка — за грамотность, вторая — за творческий подход.
Людмила Кировна остановилась возле учительского стола, глянула в журнал.
— Отвечать пойдет… — Она подняла голову, окинула всех тяжелым взглядом, и ученики замерли, втянули головы — мало кому хотелось читать свой стих. — Так я и знала! Лес поднятых рук! Отвечать пойдет… — Еще театральная пауза. — Желткова!
Любка поднялась. С галерки донеслись смешки, Барик и Чума зашептались. Вскрикнул Карась — видимо, они его ткнули ручкой с спину, недовольные тем, что он пересел к Пляму.
— Готова? — спросила Джусиха.