Но ничего странного и подозрительного не попадалось на глаза. На журнальном столике не было даже ее фотографии. Девушка-визажист уносила ее с собой и доставала из сумочки, только когда меня гримировала.
Стоя у окна с решетками, я всматривалась в темноту и молилась только о том, чтобы как можно скорее выбраться из этого дома и вернуться в свою прежнюю жизнь. Вернее, не во всю прежнюю жизнь, а в ту жизнь, где мы были вместе с Юрой. Я не знаю, сколько времени я провела у окна, прежде чем услышала внизу чьи-то возбужденные крики.
– Я этого так не оставлю! – говорила незнакомая женщина голосом, полным отчаяния.
– Вы успокойтесь, – пытался уладить ситуацию один из мордоворотов. – Сейчас Сергей Александрович придет, и вы с ним обо всем поговорите. Не стоит так нервничать. Может, вам выпить налить?
– Ничего мне не нужно. Угробили мою девочку. У меня постоянно болит сердце. Я чувствую, что с Ларой что-то случилось. Мне даже кажется, что ее больше нет.
– Да успокойтесь вы наконец. Все хорошо с вашей Ларой. У нее только свадьба была. Она была такая красивая невеста...
– Что ж вы на эту свадьбу меня-то не пригласили? Ведь у Лары, кроме меня, никого нет. Она круглая сирота.
– Лара неоднократно сама просматривала списки приглашенных. Если она вас не пригласила, значит, не посчитала нужным. Может быть, она вас стесняется? Она просто не хочет афишировать, что она из детского дома.
"– Я не верю ни одному вашему слову. Я всегда была для Лары как мать. Она никогда меня не стыдилась. Я думаю, Лара не пригласила меня на свадьбу, потому что ее самой там не было.
– Ну, а кто ж тогда, по-вашему, был на свадьбе?
– Не знаю. Может, нашли похожую девушку. Вы такие страшные и опасные люди, что пойдете на все. Вы специально изолировали Лару от всех, никому ее не показывали. Никто даже не знает, как она выглядит. Закрыли бедную девочку в квартире почти на полгода и посадили ее на наркотики, чтобы она не могла очнуться и побороться за свою жизнь.