Слышу шорох рвущейся обертки от презерватива и внезапно очень четко представляю, как я смотрюсь перед ним — разложенный по простыне, потный от вожделения и влажно блестящий от его рта, ноги широко раскинуты, а руки держатся за спинку кровати."
"Да-а, вот это я понимаю поза «возьми меня».
Как мне оно все нравится. Такая охренительная разнузданность. Я теперь всегда буду помнить этот образ себя — Тоби, каким его видит Лори. Мой собственный секрет.
Матрас проседает под его весом. Щелчок, звук выдавливаемого геля, а потом у меня в заднице палец.
Потому что сейчас это палец в заднице. И мне не больно там, ничего такого — контролируемое растяжение — но как бы и все.
Ну, то есть, мне знакомо это ощущение. Слегка чужеродное «эй, да там что-то есть». Ничего страшного.
Но, наверное, я думал, что с ним будет по-другому.
Сжимаю зубы и жду, когда станет лучше.
Ага. Два пальца.
Рассматриваю стену. Мир снова стал обычным. Ну, настолько обычным, насколько бывает, когда кто-то сует вам пальцы в задницу.
Странно, что я всегда настолько не прочь перепихнуться, если учесть, насколько не вдохновляет меня сам процесс. Как это вообще называется? Как будто тело забывает всю банальность этого действа, и я опять начинаю… жаждать. А может, когда я думаю о сексе, то воображаю другое, а потом убеждаю себя, что так оно и было.
Мой член опустился с девяноста градусов до нуля меньше, чем за секунду, такое ощущение, хотя на деле наверняка дольше.
Ничего, когда он войдет, станет опять нормально. Я почувствую эту близость, которая всегда бывает, и наполненность, и то глубокое, темное наслаждение, которое растет-растет и ни во что не выливается, на самом деле. Вот это все мне нравится. Очень. А потом я буду себя тереть и мечтать о его губах и пальцах на своем теле.
О да.
Кажется, я готов, потому что он опять вынимает пальцы.
Надеюсь, что готов.
Он там все так старательно растягивал своим не слишком соблазнительным способом.
Я вяло думаю, что, наверное, так занимаются сексом взрослые.