Вместе со всеми и я, как занесенный в списки Ольмюцкого королевского воздухоплавательного отряда в качестве офицера по особым поручениям при командире отряда.
Вернувшийся из Будвица денщик привез мне новые полевые погоны уже с двумя звездочками, но сам в морскую форму так и не переоделся – не любил он ее. Звездочки, как и галуны на рукава нам теперь полагались серебряные, а не золотые как на морфлоте. Чтобы отличать.
Вместе с погонами привез мне Тавор поздравления от королевского генерал – адъютанта Онкена. Понимал, шельма, что я понимаю, что без встречи со своим куратором прикрепленный ко мне стукач не обойдется.
Меня это устраивало.
Особенно то, что благодаря такому своеобразному положению всего лишь старший канонир лейб – гвардейской артиллерии умудрился без проблем выпихнуть из зоны боевых действий три эшелона с трофейным латунным ломом – стреляными снарядными гильзами, вызвав у Гоча на заводе нездоровый ажиотаж – куда все это складировать?
А пока о небе я мог только мечтать, ползая по рельсам в особом дивизионе бронепоездов.
От созерцания новых погончиков на своих плечах в мутном обывательском зеркале на стене комнаты, куда меня определили на постой, меня отвлек фельдъегерь.
– Господин капитан…
– Воздушного флота техник – лейтенант – поправил я его.
– Простите, господин лейтенант, мне сказали, что в этом доме квартирует королевский комиссар Кобчик. Ему пакет.
– Присаживайтесь, фельдфебель, – предложил я ему.
– Сидр, если можно, – не стал тот отказываться от угощения.
– Тавор, тащи сюда кувшин сидра из погреба, – крикнул я в открытое окно во двор денщику.
И повернувшись к фельдъегерю, представился."
"– Королевский комиссар «Чрезвычайной королевской комиссии по борьбе с саботажем и пособничеством врагу», флигель – адъютант его королевского величества и воздушного флота техник – лейтенант Савва Кобчик, барон Бадонверт, к вашим услугам.
В пакете находился королевский указ об учреждении медали «Креста военных заслуг». Под знаковым названием «За отвагу». Мое предложение, между прочим. Как-то король, еще до осеннего наступления, обмолвился, что слишком много появилось солдат, чьи подвиги на полноценный крест вроде и не тянули, а вот отметить бы их стоило. Я тогда, не задумываясь, выдал готовое решение из моего мира.