Двинуть речугу про новогодние подарки им от их коллег с филиала во Втуце… Народ и армия едины… Все для фронта, все для победы…
Не судьба."
"Как там дед мой любил приговаривать «наши русские горницы с богом не спорницы». А выгонять людей на лютый мороз из-за идеологии могут только коммунисты.
Только сел развлечься пасьянсом с химическими элементами в рабочем кабинете Гоча, как прибежал шеф заводской рабочей столовой и стал слезно умолять мою милость дать рецепт этой самой «сельтерской воды» для литейщиков.
Стал писать рецепт и понял что главный ингредиент в нем – лимонная кислота…
Засада блин.
Сказал просто.
– В горячем цеху должны стоять баки со слегка подсоленной кипяченой водой. Бак с краником, крышка на замке, – нарисовал я стандартный армейский бачок емкостью в четыре ведра. – Сделают такие емкости наши жестянщики легко. Только обязательно чтобы луженые изнутри. А так… ваяйте их из того что есть – медного листа, оцинкованной жести… что под рукой найдется. Добавлять охлажденный кипяток в них должен один и тот же человек, у которого будут ключи от баков.
Отпустил шеф – повара и внезапно пошел я по гочевскому кабинету вприсядку, весело распевая по – русски.
– Только добавь воды! Только добавь воды! Только добавь воды!
Что ж я раньше-то о таком не додумался. Это же даже не бизнес. Это золотое дно. Сухая порционно фасованная шипучка. Да в окопах в летнюю жару мне памятник поставят.
Таким меня и увидел вернувшийся из города Гоч.
– Савва, тебя что, в генералы произвели, что так радуешься? – встал он в дверях, скрестив руки на груди.
– А – а–а – а–а… – встал я на ноги, отфыркиваясь и шутливо кланяясь. – Ваша милость, господин барон, изволила появиться на рабочем месте.
– Мдя… – гордо вскину голову партнер. – Моя милость соизволила вернуться из ресторана, где заключала с торговлей контракт на поставку «бульдогов». С авансом! Кстати, наш новый «миротворец» армия взяла на вооружение. И дали имперскую субсидию на патронный завод.
– …завод уговаривал перенести в империю, – засмеялся я.
– Нет. – Гоч прошел к своему рабочему столу, сел в кресло, достал из деревянной коробки дорогую колониальную сигарку и прикурил от самогарной спички. Раньше он себе такой дорогой табак не позволял.