"
"Наедине с Эликой удалось побыть только на карусели, которую крутили на ярмарочной площади через блок три стерха. И разговор наш начался, как у баб то водиться с упреков. О том, что я такой подлый соблазнил невинную девушку и бросил ее, удрав в армию. Вот так вот. Ни больше, ни меньше. Пришлось наобещать ей, что я обязательно к ней вернусь, как отслужу. При этом про себя подумал, что три года срок долгий. Там или шах, или ишак…
– Смотри, не обмани… А я тебя обязательно дождусь, – в свою очередь пообещала она.
– С чего ты решила, что я тебя должен обмануть?
– Кто вас знает… – тихо проговорила девушка.
– Кого нас? Не понял?
Элика немного помолчала, а потом, на что-то решившись, выпалила.
– Вас. Пришельцев из тех миров, в которые от нас ушли наши боги, – выпалила она.
Отсидеться в тылу на какой-либо важной стратегической стройке мне не выпало. Нас все-таки отправили на войну.
После того как империя потеснив южных соседей все же вышла к так вожделенному теплому морю, причем в месте удобном для строительства крупного порта, ей войну объявила Винетия – юго – западный сосед по горному массиву.
Вот нас и бросают на пограничный горный перевал.
Следующий после увольнения день ознаменовался массовым приездом «покупателей». Традиционные горные стрелки, стройбат и служба военных сообщений, куда отобрали тех грамотных, кто знал общеимперский язык.
Горным стрелкам их новый белобрысый фельдфебель дал полчаса на сборы и вскоре счастливчики радостно утопали за ним в раскрытые ворота. Сборный пункт всем уже порядком надоел, если честно. Скучно тут после лагерей.
Шибко грамотных оставили в городе еще на полгода изучать телеграф.
За оставшимися стройбатовцами, то есть нами уже, привалила целая толпа унтеров и ефрейторов, да такая, что им новобранцев на всех не хватило. И смех и грех… Чуть до мордобоя среди них не дошло.