Если кто другой из офицеров попытается тебя припахать – посылай всех… к Вахрумке, – улыбнулся он.
Он глядел нас по очереди, как будто увидел в первый раз. И как на плацу скомандовал.
– Ну?.. Что стоите тут болванами? Свободны.
Мы еще выходили из приемной, а адъютант уже про нас забыл и самозабвенно крутил ручку телефона, что стоял на его столе в полированной деревянной коробке.
Выйдя из штаба под тень деревьев от разжаревшего солнца, мы хором заявили.
– Пива хочу.
И хором же рассмеялись.
Да погудели мы вчера в борделе.
– Господа военные, – раздалось от штабного крыльца тонким фальцетом по – имперски. – Господа военные, я вас все утро разыскиваю по поручению министра двора.
Гладко выбритый человек в светло – коричневой, почти бежевой тройке и шоколадного цвета велюровом котелке на голове быстрым шагом приближался к нам. Под мышкой он зажимал стопку картонок.
– И что вам от нас надо? – недовольным голосом высказался Кароль.
– Я вам должен передать фотографические снимки с награждения, – он протянул нам картонные папки, вынув их из-под мышки. – А за сим позвольте мне откланяться.
– Погоди, – попридержал я его за локоть. – Мы тебя угостим за хлопоты пивом, если ты нам покажешь, где тут есть хороший прохладный погребок с этим напитком приемлемого качества."
"– Вам, просто пиво или пиво с сосисками и кнедликами?
– Креветки тоже подойдут, – кивнул я головой.
– Креветок в городе летом нет, только зимой подвозят.
– Веди, Вергилий и не будь Сусаниным, – сказал я по – русски, но мужик меня понял.
В полутемном прохладном погребке мы не только власть напились светлого пива со свежевареными раками, но фотографии внимательно рассмотрели.
Фотографии были на диво… Четкие и ракурс точный: и короля хорошо видно, как он нам кресты на грудь вешает, и наши рожи не смазаны. Это по отдельности. Вторая фортка для всех одинаковая – все награждаемые в рядок стоят: и мы, и генералы! И размер фоток соответствующий – 30 на 20 сантиметров.
– Так что если захотите сделать себе парадный фотографический портрет или даже дагерротип, то милости прошу ко мне в ателье, – вкрадчиво ворковал фотограф, раздавая нам визитные карточки, на которых кроме адреса значилось «Данко Шибз. Фотографический художник.