– Я попросил его показать чеки, и он обещал представить их. Конец истории. – Он улыбнулся, чтобы смягчить свои слова, но до глаз тепло так и не дошло.
– Как скажешь. Твои же деньги.
– Да, мои.
Она резко развернулась. Улыбка сползла с его лица.
– Джулиан, – осторожно напомнила она, – это ты попросил меня порыться в его делах. Это ты подозревал, что что-то не так.
– Я подозревал, что что-то упустил, и оказался прав, – парировал Джулиан. – Зачем зацикливаться на этом?
– Это ужасно подозрительно.
– Так и было, но затем я услышал его объяснение, и теперь уже нет. Но, поскольку ты стремишься найти в нем минусы, его объяснения для тебя недостаточно хороши.
«Ну вот. Наша первая ссора», – подумала Натали. В душе она испытывала боль, а руки дрожали так, что она стиснула их в кулаки, но промолчать все-таки не сумела.
– Не понимаю, почему ты так рвешься защищать его. Три чека по шестьдесят пять тысяч долларов просто исчезли…"
"– Я рвусь защищать его, потому что он мой друг.
Натали отшатнулась.
– Что? Как ты можешь?.. Мой лучший друг… я даже не стану отвечать на такое.
– Тогда в чем дело? Тебе он не понравился с самого начала. Почему?
– Я не… не знаю почему.
– Он вызывает у тебя неприязнь?
– Да.
– Прости, этого недостаточно, – покачал головой Джулиан.
– Недостаточно, – повторила Натали. – Нет, наверное, он должен ограбить тебя под дулом пистолета, чтобы ты понял: он ворует у тебя деньги. Возможно, этого тебе будет достаточно.
Натали видела, как в нем закипает гнев, словно молодой человек стал вдруг прозрачным: красный поток, обжигающий и изливающий кислоту на его язык в разговоре с ней.
– Вижу, что совершил ужасную ошибку, попросив твоей помощи.
– Не смей даже пытаться свалить все на меня, словно я…
– За все годы нашего знакомства, – прервал ее Джулиан, – Дэвид сказал и сделал много такого, что я ценю, за что благодарен, и почему я рад называть его другом. То, что ты об этом ничего не знала, не делает эти слова менее правдивыми.
– Тогда почему, Джулиан, ты не спросил сначала его?
Долгое мгновение он ничего не говорил.